Учитывая то, как животные «любят» меня, то каждая птица считала своим долгом поохотиться, а некоторые даже стояли недалеко и ждали, когда я в воду упаду. Я прямо видел злобные усмешки на их мордах, когда я приходил.
Я вообще-то спросил мастера о такой проблеме, на что тот лишь улыбнулся и выдал фразу, которая мне никак непонятна:
Как это понимать он не объяснил. Сказал только, что я сам пойму со временем.
Ну, вот так и прошло уже два месяца.
Не сказать, чтобы они были уж совсем невыносимыми. К нагрузкам я быстро привык, плюс моя связь с Солнечным Колодцем помогает мне восстанавливаться за ночь, да и эти странные «медитации» что-то делают. Оказывается, если просто посидеть часок, концентрироваться на энергии внутри себя, то можно ускорить отдых. У нас маги, кажется, практикуют что-то похожее, но скорее они концентрируются на связи с Источником, а не своей душе.
В целом благодаря Колодцу у меня более-менее, получается, почувствовать что-то внутри себя и даже отличить это от привычной магической энергии. Это что-то… сложно объяснимое. Магистр Фалтиерн учил нас, что у всего есть четкое задокументированное описание и все можно просчитать, но вот с этой Ци можно разве что на интуицию уповать.
Я, конечно, спросил о Шан Си, что это означает, но тот пустился в какие-то философские рассуждения, от которых я едва не уснул.
— Не отвлекайся, юноша, — сказал мастер Шан Си, поправляя своим посохом мне ногу.
— Стараюсь… — процедил я сквозь зубы. — Неудобно…
— В том и суть. Тренироваться редко бывает удобно. Разве что стать Хмелеваром и выпивать, но даже для них все куда сложнее.
Да уж.
Поставили меня в такую позу, какую я даже не знал.
Стою на согнутых под девяносто градусов в коленях, с прямой спиной и вытянутыми руками. Руки держат две чашки с кипятком, под задницей горит свеча, чтобы я не присел, а на голове у меня еще одна керамическая чашка, в которой тоже немного кипятка. Буду дергаться, обожгусь, а потому стою, не двигаясь, но ноги уже немеют и дрожат после часа такого положения.
— Мастер… Шан Си… вы обещали мне рассказать, если я выдержу, — процедил я сквозь зубы. — Как такие тренировки помогут мне освоить Ци? Я и так достаточно сильный и тренированный.
— Да это так, — кивнул старик, усевшись на скамейку и отпив чая. — Даже больше скажу, по чистому физическому развитию мышц ты смело можешь считаться лучшим. Даже меня в некоторых аспектах превосходишь. Специфика анатомии эльфов и вашей связи с источником магии. Что десять тысяч лет назад, что сейчас, все также. Хотя в массе вы серьезно сдали за эти годы.
— Но если это так, то зачем мне вообще нужно подобное?
— Все очень просто. Тут мы преследуем сразу две цели, — ответил пандарен. — Для начала испытываем тебя, заставляем тело вспомнить былую физическую форму, ну и немного укрепляем для более оптимального применения энергии.
— Ясно…
— А также дорабатываем те группы мышц, что не были развиты вообще.
— А? Это как?
— Тебя учили по стандартной военной форме. Общее физическое развитие, направленное на выносливость, а также спарринги, отработки ударов и заучивание движений. Стандартно, эффективно и уместно. Тот, кто тебя учил, явно много вложил в твою базовую подготовку.
— Да по уровню садизма она даже вам не уступает, — усмехнулся я. — Вам бы познакомиться.
— Обязательно, — сказал мастер Шан Си и подлил мне в чашки еще кипятка.
— Сволочь… — тихо зашипел я.
— Однако есть тут одна проблема, — продолжил он, проигнорировав мои стоны. — Такая тактика не развивает все тело, а лишь те участки, что хороши для боя. Не спорю, это по-своему хорошая тактика, но для Искусства она недопустима. В бою на мечах или стреляя из лука, ты можешь не использовать что-то или компенсировать другим, но монах не может позволить себе подобные слабости ведь он использует все тело целиком. Не развитые участки — это слабости и уязвимости.
— Хм-м-м-м… — нахмурился я.
— Смотри, — сказал он и легонько ударил меня палкой по животу.
Разумеется, я напряг пресс и не качнулся даже.
— А теперь так, — он также легко ткнул кончиком посоха мне куда-то в бок.
— Угха! — застонал я, едва не упав, но все же удержался.
— Вот здесь у тебя очень слабый участок торса. Его мы тоже укрепляем. Все эти «издевательства» как ты их назвал и призваны исправить эти недостатки. С этим мы относительно быстро справимся.
— И тогда я начну сражаться как вы?
— Нет, всему так быстро не научишься. Но это поставит тебя на верный путь.
— Ладно, — решил я не спорить. — А может, тогда расскажете, как вообще это Искусство появилось и зачем оно такое все переусложненное нужно? Можно же куда более простыми методами обойтись.
— Можно, — согласился он. — Однако все это восходит с былым временам нашей слабости. В прошлом, когда мы были рабами ужасных Могу.
— М?
