— Как знаете, я только полюбопытствовал, — вздрогнул Широков и покосился на сейф. Наверняка испугался, что Селиванов передумает и потребует деньги обратно. — Но на подготовку бумаг уйдет время.
— Об этом я уже позаботился, — отрезал Дмитрий.
И подсунул под нос Широкова заполненные бланки (Селиванов, всегда тщательно перепроверявший документы на сделки — лично или с помощью Александра — был настоящим профи в вопросах юриспруденции).
Не читая, глава администрации подписал все, а потом, попеременно оглядываясь и причитая, проследовал вместе с гостями к сельскому архиву.
Там Дмитрий приложил все силы тому, чтобы одинокое поселение, затерянное среди тайги, осталось лишь в памяти тех, кто в нем побывал.
После сельской администрации Миролюб и Дмитрий посетили и другие учреждения. Прием везде был одинаков: деньги развязывали руки и избавляли от мук совести.
И вот, спустя почти сутки, задуманное свершилось.
— А ты уверен, что никто из них не пойдет на попятную? — спросил Миролюб у спутника.
— Если ты имеешь в виду тех чиновников, чье молчание мы купили, то им слишком дороги собственные шкуры. За них можешь не беспокоиться. С этой стороны вам больше ничто не угрожает, — пояснил Дмитрий. — Меня больше беспокоят те, кого ты привозишь к Змиулане.
— Но Она сама выбирает, кому разрешить приезд, — ответил Миролюб.
Дмитрий поерзал в кресле и глубокомысленно изрек:
— Болтливость — один из многих пороков людей. Возможно те, кто идут к ней, и имеют добрые намерения, но где гарантия, что они ничего не расскажут своим друзьям? Знакомым? Не похвалятся чудесным излечением? Боюсь, предсказать это не в силах даже Милана.
— Не волнуйся, Дмитрий, — не своим голосом прошептал Миролюб, не глядя на собеседника, — никто не расскажет о Змиулане.
— Откуда такая уверенность? — опешил Дмитрий.
— Поверь мне, — попросил Миролюб. — Сможешь?
— Ага, — весело хохотнул Дмитрий. — Согласен на что угодно, только не смотри так жалобно. За меня не переживай — распространяться о вашем артефакте я не стану.
— Разумеется, нет, — поддакнул Миролюб и тихо добавил: — Ты не сможешь.
— А что, если вам вовсе перестать принимать гостей? — высказал предположение Дмитрий. — Теперь вам ни к чему зарабатывать на аренду.
— Дело вовсе не в деньгах, — вздохнул Миролюб. — Да и Она не согласится.
— Это точно, — подтвердил Дмитрий. — До ее благородства мне далеко.
— То, что ты сделал, — это огромный подвиг, в первую очередь, — духовный, — расплылся в улыбке Миролюб. — Не каждый решится потратить все свои сбережения на подобное.
— А кто тебе сказал, что я потратил их все? — рассмеялся Дмитрий. — Мне еще вполне хватит остатка, чтобы поселиться где-нибудь на теплом берегу моря и прожить остаток жизни в комфорте, не обращая внимания на увечье.
— Ты еще хочешь уехать от нас? — удивился Миролюб. — Но почему?
— Змиулана так и не выполнила своего обещания, и мне в поселении больше нечего делать.
Миролюб в отчаянии всплеснул руками и воскликнул:
— Неужели после общения с Ней ты не почувствовал в себе изменений?
— О, нет! — передернул Дмитрий. — Еще как почувствовал! Так почувствовал, что теперь и сам не знаю, кто я, куда иду, и для чего мне это нужно. Раньше было предельно просто, но сейчас… Даже не знаю.
— Познать себя сложнее, чем кажется, — поддакнул Миролюб. — Но если ты однажды встал на этот путь, то когда-нибудь доберешься до истины. И я желаю тебе удачи.
— Спасибо, — кивнул Дмитрий. — Но что мне со всем этим делать?
— Просто жить, — пожал плечами Миролюб. — Поедем со мной: Змиулана как никто может указать верное направление.
— Хорошо, — сдался Дмитрий. — Только не говори своим, кто купил землю. Я не собираюсь становиться национальным героем.
Миролюб непонимающе поджал губы.
— Но ты совершил добро, так почему не принять благодарность?
Дмитрий протестующе махнул рукой.
— Не хочу, чтобы вы считали себя обязанными.
— Хорошо, пусть это останется секретом, — сдался Миролюб. — Но ведь Змиулана все равно об этом узнает: от Нее ничего не скроешь.
— Да, и это меня пугает больше, чем ее змеиный хвост! — признался Дмитрий.
Мы так любим критиковать, что теряем способность глубоко чувствовать поистине прекрасные творения.
Жан де Лабрюйер
Дмитрий решил порадовать всех членов общины без исключения. Для этой цели он приобрел фургон и с помощью Миролюба погрузил в него множество коробок, тюков и свертков. Среди покупок были игрушки, ткани, инструменты и другие важные для поселенцев изделия. «В конце концов, определенные блага цивилизации пригодятся и этим язычникам», — подумал Дмитрий.
Не забыл он и о Безгневе: специально для него раздобыл материалы и приспособления для работ по восстановлению храма.
Озадачил Дмитрия только подарок для Змиуланы. Что преподнести полуженщине-полубогине? Дорогие украшения она не носит, в вечерних нарядах ей ходить некуда, а цветов и растений вокруг храма столько, что это изобилие может перещеголять любой ботанический сад. Может быть, сладости — а вдруг она их не ест?
