– Ох, – вздохнула я, – бедные дети. Столько всего… перегружены, много ненужного. Насколько я слышала… могу, конечно, ошибаться, ЕГЭ изначально было придумано во Франции для детей с отклонениями, чтобы хоть как-то их аттестовать. Потом эту систему переняли в Америке для эмигрантов и отстающих, также чтобы хоть как-то аттестовать их и допускать к работе. А потом её переняли мы. Сами понимаете, что из всего этого получится? Ничего… Скорей бы уж её отменили.
– Идут разговоры об отмене ЕГЭ?
– Ну… поговаривают, я не знаю.
– А как же экзамен в Китае, там ведь что-то наподобие этого, разве нет? И его ввели еще в древности. Там система работает… единый экзамен и всё такое…
– Я про Китай ничего не знаю, – ответила я.
– А как насчет лекарств? – вдруг перевел он разговор на другую тему, – Это ведь органическая химия?
– Чаще всего… да.
– Ну, допустим… – задумался он, – а как всё это на практике… Вы помните?
– Не поняла?
– Так, просто спросил. Например, могли бы вы создать антибиотик в домашних условиях.
– Что?! – воскликнула я, – сомневаюсь.
О чем это он? Скачет с одного предмета на другой.
– А всё таки, – настаивал он, – вот я, например, делаю музыкальные инструменты, а вы могли бы попробовать сделать, допустим, пенициллин. Как вам такое хобби?
– Не знаю, я лучше научусь играть в шахматы или, на худой конец, в Го. Кстати, всегда хотела научиться играть в Го. Эта довольно популярная игра в Китае, а у нас она не так… часто встречается.
– Го… вэйци вы имеете в виду? Го – это как-то по-японски… Ну… это просто, – сказал Павел.
Он раскрыл планшет, лежащий у него на столе, потыкал в него.
– Вот, – он протянул планшет с игрой.
Я взяла его: на экране было развернуто поле и стоял черный кругляшек.
– Я наверное… – начала я придумывать причину, как отказаться от его идеи навязать мне все эти, как он выражался, хобби.
Но так просто он не собирался сдаваться.
– Я могу одолжить его вам. Возьмите, если у вас нет своего, вернете при следующей встрече.
Так, подумала я, опять – при следующей встрече, этого следовало ожидать. Я пришла сюда сегодня только с одной целью: выяснить, что он сделал со мной в прошлый раз, почему головные боли прекратились и спать я стала хорошо. Раньше за ночь могла проспать в общей сложности три-четыре часа. Или просыпалась среди ночи, часов в пять и больше не могла уснуть аж до утра. Теперь же…
– Не стоит, – я протянула планшет обратно.
– Возьмите, возьмите… принесёте на следующую встречу. Я вам доверяю, – улыбнулся он.
