Они были совершенно отрезаны от той земли, где жили раньше. Когда Гибкая Нога увидела, что случилось, она тяжело опустилась на ствол повалившегося дерева.
— Мир совсем другой, чем был вчера! — воскликнула она. — Он сломался. Часть его погрузилась в воду!
— Его никогда нельзя починить? — спросила тревожно Огненная Муха.
— Значит, мы никогда не вернемся назад в пещеру? — воскликнул Огненная Макушка.
— Нет, — зарыдала Гибкая Нога, — нам придется остаться здесь до самой смерти.
Огненная Муха немножко похныкала и крепко прижалась к матери. Огненная же Макушка заметил, что отец не плачет, поэтому он проглотил какой-то комок в горле и сел рядом с матерью.
Долго сидели они так на утесе и смотрели вниз на обрывистый берег сломанной земли и на скалы, торчащие еще кое-где из воды. Громадные стволы деревьев плавали кругом по морю.
Наконец, Гибкая Нога нерешительно сказала:
— Ну, что же мы будем теперь делать?
— Первое, что мы сделаем, — ответил Соколиный Глаз, — это сойдем вниз на берег и посмотрим, что мы можем найти для еды.
Вдалеке от обрывистых утесов, на которых они стояли, был виден залив с широкой отмелью. За заливом — целая цепь больших скал протянулась в море.
Соколиный Глаз, Гибкая Нога и близнецы спустились к берегу. Они были так голодны, что могли бы есть песок и камни, если бы они не нашли ничего другого.
Но на берегу валялось много морских водорослей, и в водорослях они нашли маленьких ракушек. Они разыскивали ракушек и на ходу ели их.
— Посмотри на эти маленькие норки в песке, — воскликнул Огненная Макушка, когда они отошли уже далеко по берегу. — Вода брызгает из них каждый раз, как я наступлю на них.
— Раскопай и посмотри, что там такое, — сказала Огненная Муха, — может быть, это что-нибудь такое, что можно съесть.
Они взяли большую раковину и разрыли ею песок. Они никогда раньше не видали устриц. Огненная Муха отдернула свой ущипленный палец. Соколиный Глаз разбил раковину и съел устрицу. Он облизал губы и сказал:
— Накопайте их столько, сколько только сможете, пока я разведу огонь. Вот у нас и ужин будет готов.
Близнецы работали, как бобры, пока Соколиный Глаз и Гибкая Нога раскладывали костер между утесами в защищенном от ветра месте.
Потом Гибкая Нога сделала ямки в золе под костром и клала туда устриц, как только дети приносили их.
Когда они отдыхали около костра, согревшиеся и сытые, они почувствовали себя веселее.
— Во всяком случае, мы никогда не будем голодать, пока мы останемся здесь, — сказал Соколиный Глаз. — Может быть, мы полюбим это место так же, как мы любили нашу пещеру в лесу.
Тогда Гибкой Ноге пришла счастливая мысль.
— Знаете, — сказала она, — я думаю, что водяные боги рады, что мы пришли к ним. Они не хотят, чтобы мы ушли опять, и поэтому, чтобы удержать нас здесь, они сделали так, чтобы кусок земли утонул в воде! Вспомните о рыбе, которую они нам дали! Я больше не боюсь. Я думаю, что они позаботятся о нас.
Эта была такая успокоительная мысль, что они заснули и спали крепко всю ночь около костра.
Если бы я рассказала вам все, что делали близнецы, их отец и мать на этом острове, это сделало бы эту книгу такой большой и толстой, как словарь. Поэтому я могу только немного рассказать вам о том, что с ними было дальше.
Во-первых, они скоро открыли, что место, где они очутились, был замечательный остров. Несмотря на то, что он был маленький, на нем были самые поразительные вещи.
На его берегу были громадные утесы и зубчатые скалы, а за ними к самому морю тянулся прекрасный песчаный берег. Волны промыли отверстие в этих громадных скалах, но они прочно стояли, как огромные развалины. Прибрежный песок был покрыт морскими звездами, красивыми ракушками, морской травой, крабами, медузами и камнями всех цветов. Близнецы, играя там, каждый раз находили что-нибудь новое.
Дальше от берега, за остроконечными скалами, были холмы и долины. По ним бежали ручьи чистой воды. Там были солнечные полянки, на которых паслись бизоны. В лесах жили олени и всякие другие животные, но, несмотря на то, что Соколиный Глаз исходил весь остров, он не видал нигде никаких признаков ни пещерного медведя, ни тигров, ни каких-либо других свирепых зверей, которых они так боялись, когда жили в своей пещере.
Нигде не нашел он и следа других людей. Они были единственными людьми на острове.
На южной части острова уже расцвели дикие фруктовые деревья. Воздух был полон благоуханием их цветов. Были на острове всевозможные деревья и цвели всевозможные цветы. Все было так прекрасно и казалось таким безопасным, что легко было поверить в то, что сказала Гибкая Нога, — что будто бы водяные боги заботятся о них.
Однажды Огненная Макушка и Огненная Муха влезли на высокий утес на восточной стороне острова, чтобы поискать голубиных яиц. С вершины холма они могли видеть далеко-далеко во все стороны. Утесы выдавались длинным мысом в море, а за ними была глубокая бухта. На берегу этой бухты во время отлива близнецы находили всегда удивительные вещи.
