В конце жизни он откажется от идеи трудной поэзии, объяснит свой консептизм ученичеством, неумением пользоваться языком. Но разве Четыре квартета - просты для понимания? Разве, упростив форму, он прояснил содержание?
Такое было время... Пикассо, супрематизм, Дада, изобразительная мощь Онеггера, многотональность Мийо, бессознательная логика Шёнберга - только несколько виртуозов могли исполнять его пьесы, только несколько знатоков понимало его... Такое было время - такое вечное, фрагментарно-нескончаемое, аристофано-босхо-гофмановское время...
Да, Элиот писал "для себя". Но ведь Пушкин тоже писал "для себя", полагаясь на свой уровень и свои возможности. Кстати, Пушкин - самый безыдейный, антиидеологический и дионисий-ский наш поэт. "Цель поэзии поэзия". И еще: - ставивший под сомнение - всё. Но вот ведь как: только ставящий всё под сомнение может усомниться и в самом сомнении.
432
Т. С. Элиот:
Вовсе не обязательно, чтобы поэты интересовались философией или еще каким-либо предметом. Мы можем только сказать, что, по всей вероятности, поэты нашей цивилизации должны быть трудными. Наша цивилизация включает в себя разнородные и сложные элементы, и эта разнородность и сложность, отражаясь в утонченном восприятии, должна порождать разнородные и сложные результаты. Поэт должен становиться все более всеобъемлющим, более аллюзивным, более непрямым, чтобы силой заставить язык выразить то, что хочет поэт.
Элиот менее скован формой и традицией, чем самые радикальные из его последователей. Он сама свобода поэзии. Если Фрост пытался вдохнуть жизнь в мертвую традицию, то Элиот был вызывающе современен. Его пытались представить диктатором от литературы, но это вина не его, а обилия добровольцев-наследников. Он же выступал против любой абсолютизации - даже свободного стиха. "Разделения на консервативный стих и свободный стих не существует, ибо бывают только хорошие и плохие стихи".
В философии, критике, эстетике, теории поэзии - он плюралист и полифонист... Раз мир сложен и хаотичен, поэзия должна - фрагментарностью, зыбкостью, скачками, диссонансами, эвфуизмами, свободной метрикой, нерегулярностью ритма, мно-гослойностью - быть адекватной миру.
...ум поэта постоянно соединяет в корне различный опыт. Опыт обычного человека хаотичен, нерегулярен, фрагментарен. Он влюбляется или читает Спинозу, и эти два события не имеют ничего общего друг с другом, или с шумом пишущей машинки, и с запахом приготовляемой пищи...
Мы создавали "образ врага", Элиот нуждался во врагах - этим тоталитаризм отличается от плюрализма:
Счастлив тот, кто в нужную минуту повстречал подходящего друга; счастлив и тот, кому в нужную минуту повстречался подходящий враг. Я не одобряю уничтожения врагов; политика уничтожения или, как варварски выражаются, ликвидации врагов - одно из наиболее тревожащих нас порождений современной войны и мира... Враг необходим. В известных пределах трение - не только между отдельными людьми, но и между группами - кажется мне для цивилизации необходимым.
433
КАТОЛИЦИЗМ, КЛАССИЦИЗМ, МОНАРХИЗМ?
Вот такой феномен: чем выше поднимается человек по лестнице, ведущей его к небу, тем консервативней, реакционней, антидемократичней становятся его взгляды. Исключений - нет. Но среди бессчетных примеров, наверное, нет более яркого, чем Томас Стернз Элиот.
Он и не скрывал свою реакционность, даже эпатировал ею, заявляя о своей приверженности к католицизму, классицизму и монархизму (Новалис!). Как там у Маэсту? - "Бог, Родина и Король!". Но ведь и у всех российских гениев - от Пушкина и Гоголя до Достоевского и Соловьёва - тот же лозунг. О своей любви к царю твердит Гоголь: "Государство без полномощного монарха - автомат", "Государь есть образ Божий", "в Европе не приходило никому в ум определять высшее значенье монарха", "Человеку не следует знать, есть ли какие-нибудь другие книги, кроме святых", "У нас дворянство есть цвет нашего народа...". То же - у Сковороды, то же - у Розанова, то же - у Мережковского...
Антилиберализм Элиота (как, впрочем, многих художников-модернистов, отличающихся глубиной проникновения в человеческое существование) подпитывали не только политические реалии времени, но и "власть эмоций", ограничивающая интеллектуальные способности масс. Меркантилизм политических партий и народных масс, приоритет выгоды или интереса, неуправляемые эмоции и вожделения - вот что оскотинивает жизнь, понуждая элиту подозрительно относиться к либерально-демократическим идеям оздоровления неразвитого, незрелого общества.
