Зимою моя любимая —среди зверей лесных.Знает лисица одна,что утром я должен домой,и смеется.Из продрогшего облака мнеза шиворот падает снег.Зимою моя любимая —дерево среди деревьев и одинокихсзывает ворон-неудачницв роскошную крону свою. Она знаетчто ветер, как только забрезжитее, покрытое блесками изморозивечернее платье сорвети меня прогонит домой.Зимою моя любимая —среди рыб и нема.Вся во власти вод, которые заставляютполоски ее плавников изнутри трепетать.стою я на берегу и гляжу,пока ледовые не прогонят меня торосы,как ныряет она и виляет.И снова, охотничьим криком птицызастигнут, той самой, что крылья своинадо мной распластала, падаю яв открытом поле: она ощипываетцыпленка и бросает мне белуюберцовую кость. Я хватаю подачку,я иду прочь — горький пораженец.Ненадежна моя любимая,я знаю, она летает иногдана высоких каблучках в город,она целуется в баре через соломинкувзасос со стаканом,и ей приходят слова обо всем.Однако я не понимаю этого языка.Я видел туманную страну.Я видел туманное сердце.<p>ОТСРОЧЕННОЕ ВРЕМЯ</p>Наступают тяжелые дни.Время для обжалованияистекает на горизонте.Скоро тебе обувь свою шнуроватьи борзых из гона назад окликать.Потому что рыбьи потрохавысушены на ветру.Тускло догорает лучина.Твой взгляд прокладывает путь в тумане:время для обжалованияистекает на горизонте.Там тонет в песке любимая,он поднимается до ее волос,он попадает ей в слова,он приказывает ей молчать,он находит ее смертнойи желает расстатьсяпосле каждых объятий.Не оглядывайся по сторонам.Шнуруй свою обувь.Окликай из гона борзых.Выбрасывай рыб в море.Туши лучину.Это наступают тяжелые дни.<p>ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ</p>Действительность в глаза не бросит соли,для сна и смерти, пасхи и постаты в ней укоренен, подвержен боли,действительность — могильная плита.Действительность застиранной природы —линялый лист ложится в перегнойза годом год, и так все эти годы,они ничто без смены временной.Действительности заскорузлый гребеньрасчесывает землю на пробор,плоды труда сгребает, жатвой бреннойпитает и питается тобой.Действительность останется сокрыта,уже на кон поставлена судьба,ты обыграл себя, та карта бита,что выпала и выдала тебя.Плеснет луна отравленного пива.Так выпей же. Ночь горечи полна.Вскипает пух в подкрылке голубином,не будет ветвь в ковчег принесена.Был брошен в мир, забит в колодках тесных,действительность застенка познавал.Проснись, и ты увидишь — неизвестныйпроход в стене уже замуровал.<p>Владислав Резвый<a l:href="#c_33"><sup>{33}</sup></a></p><p>РОБЕРТ ГРЕЙВЗ (1895–1985)</p><p>СТАРИК ИЗ ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕГО ЛЕГИОНА</p>
