Утро выдалось солнечным. Ампер размотал бинт и обнаружил лишь красноватый шрам в виде круга. День – и следа не останется. Рина спала, частично укрытая простыней, и солнечные лучи красиво играли в ее золотых волосах. Выглянув наружу, Погорелов обнаружил стоящий на открытой стоянке «Дозор». Возле него топтались Болт и Агент. Правда, выглядел броневик гораздо хуже, чем вчера, когда его оставляли. Похоже, ребята повстречались с нехилым зараженным, не меньше среднего рубера. Крыло смято, капот вырван с корнем, дверь водителя пробита, триплекс уцелел только сзади. Короче, машина имела совершенно не товарный вид, и Рыжий, планировавший ее продать, придет в ярость. Ампер усмехнулся, интересно, сильно будет орать бывший омоновец, когда увидит.
Развязки пришлось ждать не так уж и долго. Ампер успел сходить в душ, смыть с себя ночной пот, как за окном раздались крики:
– … вы, два утконоса недоношенных! Вы что с машиной сотворили, макаки онанирующие? Ее же теперь только на свалку волочь! Блин, связался с имбецилами разбежавшимися из прилетевшего сюда дурдома и выжившими по прихоти Улья и разом свалившихся на мою голову.
Ампер усмехнулся. Он не знал, отвечали ли Рыжему несчастные или молча внимали гневу отца командира, но вскоре стало тише. Похоже, запал экс омоновца прошел.
– Что это там Рыжий разорался под окном? – садясь и потягиваясь, демонстрируя Погорелову аппетитное бедро и аккуратную, красивой формы грудь, спросила Рина.
Ампер, наблюдавший за этой картиной, прислонившись к стене, даже вопрос пропустил, так ему нравилось смотреть на Рину.
– Ампер, что, ночью не насмотрелся? Мы же свет не гасили. Ау, есть кто дома?
– А?
– Рыжий?
– Командир увидел, во что наш броневик превратился. Это не машина, руина. Непонятно, как она вообще сюда сама дошла? Надежная у вас техника. Хорошая.
Рина вскочила и прямо голышом пробежала к окну, продемонстрировав Погорелову еще и великолепный вид сзади. Выглянув, она звонко рассмеялась.
– Мда, писец машинке, только на запчасти, ремонт дороже встанет. А вот это интересно, только что подъехал Махно в сопровождении Уха и шестерых ребят в черной форме, все с автоматами, а еще с ними ментат.
– Одевайся, – скомандовал Ампер, мгновенно поняв, что происходит. – Они нам ничего не сделают, но не голышом же их встречать.
Спустя минуту рация, оставленная на столе, заговорила голосом Рыжего:
– Ампер, как слышишь?
– Слышу, командир. Что-то случилось?
– У Махно к тебе разговор, вы одеты?
– Да, поднимайтесь.
– За ствол не хватайся, – добавил Рыжий, – вам ничего не угрожает. Махно гарантировал безопасность при любом раскладе, он просто хочет удостовериться.
– Хорошо, не будем.
– Минута, – произнес Погорелов и, сунув пистолет в кобуру на бедре, а второй, который таскал в рюкзаке, под подушку.
Надо сказать, это был очень неплохой образец вооружения латинян – пятнадцать патронов, бронебойки, реальная дальность стрельбы метров тридцать, установка глушителя и прочей приблуды, и весил он полкилограмма. Очень неплохая и довольно надежная машинка. Во всяком случае, с пяти метров прошьет любой средний броник.
Рина тоже нацепила кобуру на пояс джинсов, натянутых на голое тело. Грудь прикрыл оранжевый, но очень сексуальный топик с надписью блестками – «I love Justin Bieber». Ампер прочитал фразу, написанную на груди возлюбленной, не удержался и рассмеялся.
– Вот теперь я реально думаю, что ты бесстрашная. Только человек, не ведающий страха, может ходить в топике с такой надписью.
Рина состроила презрительную мину.
– Я даже не знаю, кто это, хотя догадываюсь по твоей реакции, что он – кумир девочек от двенадцати до четырнадцати, нечто смазливое, накрашенное, напомаженное, с бабскими замашками, пародия на мужчину лет семнадцати.
– Почти угадала. Ему чуть больше двадцати, а в остальном стопроцентное попадание.
Обсудить особенности современной эстрады им не дали, в дверь дважды стукнули.
– Открыто, – крикнул Ампер, оставшись сидеть на кровати, держа руку рядом с подушкой. Его скорости должно хватить, чтобы успеть достать ствол и завалить всех.
Рина стояла же у окна, ее дар требовал пространства.
В комнату вошел Рыжий. Похоже, его специально пустили первым, если вдруг странная парочка начнет стрелять с порога. Следом за стронгом шел Ухо, за ним ментат с блокпоста и замыкал Махно. Ребята в черной форме остались в коридоре, и так в небольшую комнату набилось очень много народу.
– Чем обязан? – спросил Ампер, рассматривая гостей.
– В общем, всплыло твое прошлое, – начал Рыжий.
Погорелов оскалился.
– Ко мне есть претензии?
Махно как-то странно скривился.
– Мы должны провести проверку Рины. Если она беглая внешница…
– То что? – холодно спросил Ампер.
– Она должна будет покинуть стаб. В свете ваших заслуг ее не тронут, но в приюте вам будет отказано.
– Справедливо, – согласился бывший прапорщик. – Вот только гончий лист аннулирован, да и ментат твой смотрит как-то растерянно.
Махно бросил взгляд на ходячий детектор лжи.
– Хвост, что не так?
– Все не так, – огрызнулся тот. – Это женщина с портрета, но метка абсолютно иная. Это не она.
