На узкой лесной дороге тварь получила колоссальное преимущество. Хоть и мощный, но неповоротливый грузовик оказался зажат стеной деревьев, тварь же спокойно перемещалась. Секунда, и она уже сбоку, удар, машина покачнулась, но устояла, смятый бронированный кузов «покемона» выдержал. В ответ из амбразуры грохнул одинокий выстрел, но элита, сделав гигантский прыжок, использовав вставший на секунду транспорт как гимнастического козла, скакнула на другую сторону, вырвав кусок крыши. Из бронированной коробки в ответ раздались несколько очередей, ушедших в молоко. А тварь скрылась за деревьями.
– Ампер, ты как? – раздался со стороны кабины голос блондинки.
– Живой, Рин. Только меня зажало тут, нога намертво застряла под креслом, на которое крыша давит. Пулемет отлетел к задней двери, автомат на мне, но толку от него против этой твари. Где эта паскуда?
– Не знаем. Мы намертво встали, днище сложилось, – ответил Рыжий озадаченным голосом, паникой не пахло, но он явно был на нервах. – У меня дверь заклинила, у Ринки тоже, а решетка на лобовухе приварена на совесть, стекло разлетелось, а она держит. Как же ты, сука Каа, умудрился не вовремя нажраться.
Сейчас бухой в стельку сенс отсыпался в компании стремной потасканной шлюхи в комнате ночлежки Хоря. К выезду он был непригоден, решили двигаться без него, вот и расплата. Ампер вслед за бывшим товарищем мысленно костерил флегматичного удава. Тварь он не видел, похоже, элита с талантами, либо глаза отвела, либо просто имела невидимость, а может, хамелеон, твари редко падали с деревьев, а тут такая развесистая сосна с очень густой кроной.
Погорелов закрутил головой. Сиденье прогнулось, нога прочно зажата в районе щиколотки. Тут нужен лом и рычаг, просто так не выдернешь. Снять ботинок тоже не выйдет. Чертов Улей.
Позади снова раздалась стрельба. Нервная, заполошная, работает крупняк Пигмея, два автомата. Несколько раз бухнула снайперка Мушкета, крутая штука, от внешников под патрон 14,5, причем он даже без прицела работает, только механика. Дар у него такой – расстояние безошибочно определяет вплоть до полуметра, и зрение активирует, видит на два километра, круче чем любой бинокль. Звездочет молчит, он, скорее всего, без винтовки, только с автоматом в кабине Урала.
– Б…, попали, – выругался Рыжий, после чего начал долбить ногами по металлу, то ли решетку вышибает, то ли дверь перекошенную.
Взгляд Амера упал на лопату, закрепленную на стене, обычная садовая штыковая лопата, черенок мощный, чуть больше метра.
Снова затрещали очереди из крупняка, одна из них прошлась по искореженной «буханке», разрывая в клочья забранный смятый зад.
– Пид…, вы что творите? – взвыл Рыжий как корабельная сирена на весь лес. – Ампер, живой?
– Пока да, – отозвался Погорелов, стараясь пальцами дотянуться до садового инструмента, – но еще пару таких заходов, и буду не очень целым. Ринка, ты как?
– Нормально, – отозвалась блондинка. – Ты там держись, я почти выбралась. – И точно, удар, скрежет металла и радостный вопль девушки, – Рыжий, давай сюда.
– Сиди здесь, я наружу, – скомандовал бывший омоновец. – Эта элита нам всю кровь выпила, сначала, когда туда ехал, теперь вот обратно. Из машины без приказа ни шагу, прикрывай передок, чтобы тварь оттуда не зашла. А я попробую твоего хахаля вытащить, без него эту резвую гадину нам не успокоить.
– Ты на мой дар особо не надейся, – с зубным скрежетом, все же сдернув лопату со стены, заявил Погорелов, он хоть и подпитывается регулярно, но против такой элиты не уверен, что прокатит, это тебе не топтунов гонять.
Загнав черенок под сидение и положив штык себе на плечо, Ампер со всей дури попытался сесть и едва не сломал зажатую ногу.
Прямо за жестяной стенкой заработал автомат Рыжего, а следом подключилась Рина, ее хлюпающий глушак легко определить. Удар по умершей «буханке» был страшен, ее просто закрутило на месте. Кто-то вскрикнул. Заработал пулемет, еще пару пуль прошили борт, одна просвистела прямо над лежащим Ампером.
– Ринка жива?
– Жива, – раздался из кабины стон. – Приложило меня круто, до радуги в глазах. А вот Рыжий отмучался, тварь ему башку снесла под ноль. Только рот остался. Это последнее, что я видела, пока звезды не пошли.
– Не лезь наружу, – приказал Погорелов и подтянул к себе ПКМ, – это не тупой бегун, эта элита, мать его, академик. – Он потянулся к рации, но нащупал обломки пластика, похоже когда тварь калечила «буханку», по груди его нехило приложило. – Связь есть с Уралом? – крикнул он напарнице.
– Нет связи, молчит грузовик. Я вижу там стекло переднее выбито, и кровь. В кабине либо пусто, либо они попрятались.
– Блин, Рин, кончай быть ребенком, уйди с этого канала на общий.
Секунду было тихо, со стороны кабины сквозь хрипы раздался голос Мушкета:
– «Бух…а»? Как сл…шишь? Пр…ем?
– Слышу тебя, Урал, – затараторила Рина. – Ампер зажат в кузове, ему ногу придавило, и вы чуть не завалили. Рыжий мертв.
– По…ял т…бя, шшш, де…жи…сь, у нас Звезд…тап…рвало. Шшш. Сука, эли…а. Д…житесь.
И тут снова заработал крупняк.
