Мистер Адамс часто говорил мне, что целомудрие — такая же великая добродетель для мужчины, как и для женщины. Он говорит, что никогда не знал большего, чем его жена, и я постараюсь последовать его примеру. В самом деле, только благодаря его прекрасным проповедям и советам, а также вашим письмам я смог устоять перед искушением, которому, по его словам, не поддается ни один человек, если он не раскается в этом мире и не будет проклят за это в следующем…. Что за прекрасные вещи — хорошие советы и хорошие примеры! Но я рад, что она выпроводила меня из палаты; ведь когда-то я почти забыл все слова, которые Парсон Адамс когда-либо говорил мне.
Я не сомневаюсь, дорогая сестра, что ты получишь благодать, чтобы сохранить свою добродетель вопреки всем испытаниям; и я прошу тебя искренне молиться, чтобы я смог сохранить свою, ибо она действительно подвергается серьезным нападкам со стороны более чем одного; но я надеюсь, что буду следовать твоему примеру и примеру Иосифа, моего тезки, и сохраню свою добродетель вопреки всем искушениям… 83
Ему это удается, и он остается девственником, пока не женится на девственнице Фанни. Памела, поднявшаяся в обществе как жена своего богатого работодателя, осуждает Фанни за то, что она осмелилась выйти замуж за Джозефа, чей социальный статус повысился благодаря благородному браку Памелы. Ричардсон жаловался, что Филдинг совершил «непристойное и неблагородное приращение» к Памеле.84
Сатирический аппетит Филдинга не был утолен пародированием Ричардсона; он переиначил «Илиаду», призвав муз и превратив свою книгу в эпос. Его юмор бурлит в различных персонажах, которых Джозеф и Адамс встречают на своем пути, и особенно в трактирщике Тау-ваусе, который удивлен тем, что миссис Тау-ваус находится во время преступления с горничной Бетти, прощен и «спокойно и удовлетворенно терпит напоминания о своих проступках… один или два раза в день в течение всей оставшейся жизни». А поскольку делать героя и целый роман из безупречного юноши было не в характере Филдинга, он вскоре потерял интерес к Джозефу и сделал центральной фигурой своей книги парсона Адамса. Это казалось маловероятным выбором, ведь Адамс был честным ортодоксальным проповедником, который в поисках безрассудного издателя носил с собой рукопись своих проповедей. Но его создатель наделил Адамса крепкой трубкой, крепким желудком и крепкой парой кулаков; и хотя пастор выступает против войны, он хороший боец, и за время своего повествования спускает на землю целую череду негодяев. Это самый симпатичный персонаж Филдинга, и мы разделяем удовольствие автора, когда ему приходится сталкиваться со свиньями, грязью и кровью. Те из нас, кто в юности проникся христианскими идеалами, должны испытывать горячую привязанность к священнослужителю, который совершенно лишен коварства и переполнен милосердием. Филдинг противопоставляет его жадному до денег парсону Труллиберу, который был «одним из самых крупных мужчин, каких только можно увидеть, и мог бы сыграть роль сэра Джона Фальстафа без всякого фарша». 85
Окрыленный успехом, Филдинг выпустил в 1743 году три тома, скромно озаглавленных «Мисселани». В третьем томе содержится шедевр устойчивой иронии «Жизнь мистера Джонатана Уайлда Великого». Это не было фактической биографией знаменитого Фейгина XVIII века; «мое повествование — это скорее рассказ о тех действиях, которые он мог бы совершить». 86 В своей первой форме это был выпад против сэра Роберта Уолпола как торговца крадеными голосами; после смерти Уолпола он был переиздан как сатира на «величие», как оно обычно оценивается и достигается. Большинство «великих людей», по мнению Филдинга, принесли человечеству больше вреда, чем пользы; так, Александра называли «Великим», потому что после того, как «он огнем и мечом разрушил огромную империю, уничтожил жизни огромного числа невинных несчастных, разбросал руины и запустение, как вихрь, нам говорят, что в качестве акта его милосердия он не перерезал горло старухе и не опустошил ее дочерей». 87 Вор должен иметь более легкую совесть, чем «государственный деятель», поскольку его жертвы меньше, а добыча меньше. 88
