Въ этой книг сотня недостатковъ и можно привести сотню доказательствъ того, что въ нихъ-то и вся прелесть. Книга можетъ быть очень занимательной при множеств ошибокъ, и можетъ быть очень скучна, хотя бы въ ней не встрчалось нелпостей. Герой предлагаемаго разсказа соединяетъ въ своей особ три важнйшихъ роли на земл: онъ служитель алтаря, земледлецъ и отецъ семейства. Онъ призванъ одинаково учить другихъ и подчиняться поученіямъ; живя въ довольств, онъ простъ, въ несчастіи — величественъ. Въ наше время усиленной роскоши и утонченности нравовъ можетъ ли такой типъ понравиться публик? Охотники до великосвтской жизни съ пренебреженіемъ отвернутся отъ его скромнаго домашняго очага на лон сельской простоты, любители сальныхъ шутокъ не найдутъ никакого остроумія въ его безобидной болтовн, а люди, привыкшіе насмшливо относиться къ религіи, посмются надъ человкомъ, который главную опору своего счастія видитъ въ будущей жизни.
Я всегда былъ того мннія, что честный человкъ, который женится и воспитываетъ многочисленное семейство, приноситъ гораздо больше пользы, чмъ тотъ, кто остается холостымъ и только говоритъ о народонаселеніи. По этой причин не прошло и года съ тхъ поръ, какъ меня рукоположили въ священники, какъ я уже началъ серьезно подумывать о женитьб и выбралъ себ жену по тому же рецепту, какъ она выбрала матерію на свое внчальное платье, то есть, не за красивую блестящую вншность, а за боле прочныя качества. Надо отдать ей справедливость, она была женщина замчательная, съ отличнымъ характеромъ; что же касается до ея талантовъ, то лишь немногія деревенскія лэди могли ее превзойти ихъ числомъ. Она могла читать довольно бгло любую англійскую книгу, а что касается до приготовленія пикулей, консервовъ и до стряпни, въ этомъ никто не могъ съ нею сравниться. Она очень гордилась также и тмъ, что была удивительно разсчетливой хозяйкой; впрочемъ, я что-то не замчалъ, чтобы мы богатли отъ ея разсчетливости.
Какъ бы то ни было, мы нжно любили другъ друга, и наша привязанность все возрастала съ годами. Да намъ и не за что было сердиться ни другъ на друга, ни на другихъ. У насъ былъ изящный домъ въ очень красивой мстности и хорошее сосдство. Цлый годъ проходилъ у насъ то въ нравственныхъ, то въ идиллическихъ увеселеніяхъ; мы здили въ гости къ богатымъ сосдямъ и помогали бднымъ. Никакихъ революцій мы не боялись, томить себя работой не приходилось и вс наши приключенія происходили у домашняго очага, а странствовать случалось намъ только съ голубой кровати на коричневую.
Такъ какъ мы жили близко отъ большой дороги, къ намъ часто заходили путешественники и чужіе люди, чтобы отвдать смородинной наливки, которая у насъ очень славилась, и, въ качеств достоврнаго историка, я долженъ сказать, что она всмъ приходилась по вкусу. Наши родственники, даже и самые отдаленные, помнили свое родство безъ всякой помощи департамента герольдіи и также часто насъ навщали. Нкоторые изъ нихъ приносили намъ не особенно много чести своими родственными притязаніями, такъ какъ въ числ ихъ были у насъ и слпые, и увчные, и хромые. Несмотря на это, моя жена всегда настаивала на томъ, чтобы они сидли съ нами за однимъ столомъ, такъ какъ были одной съ ними плоти и крови. Поэтому насъ постоянно окружали хоть и не очень богатые, но зато очень довольные люди; вообще слдуетъ замтить по этому поводу, что чмъ бдне гость, тмъ онъ довольне угощеніемъ, а я ужъ такъ уродился, что любуюсь довольными, счастливыми лицами, какъ иные любуются красками тюльпана или крыльями мотылька. Впрочемъ, если кто нибудь изъ нашихъ родныхъ оказывался дурнымъ человкомъ, безпокойнымъ гостемъ или вообще такимъ, что мы хотли отъ него избавиться, то, когда онъ узжалъ изъ нашего дома, я спшилъ ссудить ему теплое пальто или пару сапогъ, а не то дешевую лошадь, и всегда съ удовольствіемъ убждался, что посл того онъ уже никогда не возвращался, чтобы отдать то, что взялъ взаймы. Такимъ образомъ мы избавлялись отъ тхъ, кто намъ не нравился, но зато никто никогда не слыхивалъ, чтобы Вэкфильдское семейство выгнало изъ своего дома странника или неимущаго бдняка.
