Я размышлял и размышлял, пока, наконец, стрелки на часах не показали «2:33». За минуту я собрался и, схватив небольшую сумку, выпрыгнул через окно, убедившись, что меня никто не видит. Благодаря рукам-крыльям мне ничего не стоило спрыгнуть со второго этажа – я хоть и боялся высоты, все же был способен преодолевать этот страх при необходимости. В это время Наблюдателей поблизости не должно было быть, поэтому я с уверенностью обошел здание, огляделся, открыл тяжелый люк, который нашел за минуты четыре, уже испугавшись, что забыл, где он, и спустился в Грешные Катакомбы, молясь о том, чтобы не столкнуться с Пауком. Я шел как можно быстрее, чтобы не лишиться магических рук раньше, чем следовало. На какое-то мгновение мне показалось, будто я заблудился, но взяв себя в руки, я прислушался к другим животным. Вот только внезапно к моей шее прикоснулись ледяные пальцы, и я, вскрикнув, шарахнулся в сторону. Сердце бешено билось от испуга, а лицо раскраснелось от злости при виде смеющейся девушки.
– Зачем ты так?! – возмутился я.
– Не могу иначе, ты такой забавный! – с трудом успокоившись, ответила Паук, вытирая слезы на уголках глаз.
Я обиженно надулся, но затем серьезнее спросил:
– Почему ты себя так повела? Мы с Дэс могли сделать все по-тихому и увести Коллина и Анэкту без каких-либо проблем. Зачем ты устроила тот концерт? Тебе так нравится пугать каждого пришедшего…
Я невольно зажмурился, когда внезапно оказался прижат к каменной стене. Паук же приподняла мой подбородок своими длинными тонкими пальцами, вынуждая посмотреть на нее.
– Хэй, орленок, забываешь, с кем говоришь, – протянула девушка, оставаясь при этом слишком близко.
Стоит заметить, что мне было не только дискомфортно, но и очень неловко, учитывая то, что мои глаза были на уровне ее груди. Хотя Паук была тощей и плоской и смотреть там было не на что, но все же! Она ж наверняка специально это делает!
– О Даритель, какой ты милашка.
Еще и не скрывает этого!
– Слушай, Паук, мне, правда, надо спешить, – вздохнув, смущенно пробурчал я.
Паук долго сверлила меня своим жутким задумчивым взглядом черных глаз, а затем, фыркнув, наконец соизволила отойти.
– Идем, проведу тебя по короткому пути.
Я чуть ли не засиял от такой неожиданной щедрости и ускорил шаг, стараясь не отставать от девушки. Пока мы шли, я невольно задумался. На катакомбы я наткнулся почти два года назад, но с Паук впервые заговорили в спокойной обстановке около полутора лет назад. Она почти никогда о себе ничего не рассказывала, но очень любила слушать обо мне и мои истории, лишь иногда рассказывая свои собственные – хотя я до сих пор не уверен в их правдивости со всей любовью Паука к тому, чтобы меня пугать. И все же, о ней самой я ничего не знал и сомневался, что знает Дасэндэнти. Я уже пробовал расспросить что-нибудь о ней, но ничего узнать мне так и не удалось. Разве что, мне повезло с отношением Паука больше, чем Дасэндэнти, которую та любила заводить в тупики и в различные ловушки Грешных Катакомб.
– Паук, а здесь есть кто-то, помимо тебя? – решился задать я давно интересующий меня вопрос.
На мгновение мне показалось, что она замерла, но, так как девушка шла впереди, я не мог видеть ее лица. Голос же ее при ответе не изменился.
– Любопытный орленок сует нос не в свое дело, – с нотками недовольства протянула она.
– Значит, все-таки есть?
– Грешные Катакомбы – дом мертвых, здесь много кто есть.
Я тяжело вздохнул. Никогда нормально не ответит, когда надо!
– Дальше просто иди вперед, выход увидишь, – остановившись, сказала Паук, и косо взглянула на меня. – Айтос, остерегайся новых знакомств. Тайны Грешных Катакомб тебе не придут по духу. Тебе же лучше будет, если ты останешься в неведении.
Я растерянно посмотрел на нее. Нечасто Паук становилась такой серьезной, стоило бы прислушаться к ее словам, но мое желание разгадать все секреты здешнего места было превыше. Кивнув ей, я поспешил в нужном направлении и наконец-то увидел впереди пыльную лестницу, спирально уходящую вверх. Выдохнув с облегчением, я собрался с мыслями, и быстро поднялся по ним. Хоть я и знал о существовании этого пути, никогда не находил в себе смелости идти по нему. В Здание Высших я попадал только по причине болезни или ран, поэтому ни разу не был на верхних этажах, но, несмотря на это, знал практически все, а Дэс только дополнила мои знания.
Я прислушался. Гробовая тишина. Некоторые люки имели свой код и мне потребовалось около пяти месяцев, чтобы подобрать нужный. В записях Дасэндэнти я узнал, что эти люки нельзя ни взорвать, ни открыть с помощью какого-либо Дара, поэтому приходится искать иные способы.
Я вылез на кристально-чистый кафельный пол, который тут же покрылся пылью, посыпавшейся с меня. Крыльями и постарался хоть как-то скрыть следы своего присутствия и приоткрыл окно, чтобы было менее подозрительно. Никто бы не смог пролезть через окно со стороны улицы, оставшись незамеченным.
