– Он был для меня лучшим другом, а я так и не сказал ему этого. – Подбородок Кросса лежал на голове Ханны, она перестала плакать в тот момент, как у него пробились редкие слезы. – Это самое трудное, когда уже нет возможности поблагодарить за все, что делал человек. А ведь именно он помог мне оказаться здесь, представляешь? Я тогда работал на станции, кое-что произошло – и мне хотелось просто… Я тогда так пил, что аж работу чуть не потерял, хотя, наверное, я этого и хотел, так куда проще. Он тогда проходил переквалификацию по пилотированию для работы Пилигримом. Надо было провести медосмотр, ну меня и направили, тогда я только с таким и мог справиться. Мы познакомились, заболтались, уже даже и не помню, как так вышло. Ну, он и позвал меня через какое-то время сюда, когда получил полетную лицензию.
– А меня просто назначили. – Ханна освободилась от его объятий, вытирая лицо и уже более осознанным взглядом поглядывая на Кросса. – Так странно, да, когда его нет. Я ведь не хотела быть здесь, думала, что отработаю полгода и свалю, считала это понижением в должности, почти позором. Но Алден… он же, наоборот, любил эту работу, эти виды, эту неизвестность.
Кросс улыбнулся, кивая в знак понимания.
– Знаешь, а ведь я реально думал, что вы встречаться начнете, – решил он расшатать момент позитивной нотой.
– Чего? – Удивление вызвало у нее улыбку. – Как ты вообще подумал об этом? Я люблю его, но как старшего заботливого брата, как члена семьи, но уж точно… иди в жопу вообще.
– А что, вы отлично ладили, я даже ревновал малька, но я-то мужик, у нас все просто. К тому же вы оба мои самые любимые люди, чего уж не хотеть вам счастья.
– Когда я вновь захочу отношений, я дам тебе знать, чтобы ты понял разницу, а то, может, поэтому ты и бабенку найти не можешь, что не различаешь разницы между любовью и дружбой?
– И снова началось!
Они оба засмеялись, удивляясь тому, как одновременно приятно вернуться в старую колею, но в то же время ощущая чуть ли не голой кожей отсутствие Алдена. С минуту они простояли в тишине, свыкаясь и переваривая все случившееся, и Ханна, понимая, что и Кроссу трудно, уже более заботливо произнесла:
– Прости меня за все, что я сказала. Я…
– Забудь, все хорошо. Мне отлично известно, что чувствуют люди в такой ситуации. Сам проходил, ты же знаешь.
– Да, я знаю, – сочувствующе проронила она, все равно немного чувствуя вину, – со временем будет легче?
– Если будет, значит, что-то не так.
Ханна хотела что-то сказать, но только слова не подбирались, так же как и Кросс хотел было что-то сделать, но все не знал, с чего начать. Им предстояло много работы, начиная от составления отчета о посещении звездолета, где надо будет указать найденную форму жизни с последующим падением на экзопланету, заканчивая тем, что необходимо доложить на Улей о трагической гибели одно из Пилигримов, расследование которой еще может занять время, несмотря на то, что все записывалось. Но ни Кроссу, ни Ханне не удалось даже подумать о предстоящей работе по причине столь же неожиданной, сколь неоднозначной – прилета неизвестного им космического судна с последующим выходом с ними же на связь. Они представились, предоставив все документы, удостоверяющие личность и разрешения как для беспрепятственного посещения «Лома», так и для проверки всего содержимого. Кроссу и Ханне нечего было скрывать, как и не было повода противиться требованиям. Даже наоборот, в какой-то степени им хотелось, чтобы пришли вышестоящие люди и узнали о случившемся как можно скорее. Корабли состыковались, шлюз открылся, и к ним вошли два человека в защитных костюмах. Мужчина и женщина встали рядом друг с другом, поглядывая чуть сверху вниз из-за роста на Ханну и Кросса, внимательно визуально изучая их, а потом и весь «Лом».
– Меня зовут Наваро, ее Света. Октавия прислала нас.
Кросс и Ханна переглянулись, после чего он спросил:
– Почему вы здесь?
– Потому что вы не отчитались об отправке к этому месту после того, как нашли тела и…
– Да ладно? Твою мать! – выругалась Ханна, действительно осознав эту ошибку и кивнув Кроссу в знак подтверждения. – Да, блин, я забыла… эти правила, когда нужно о каждом шаге писать, несколько нам непривычны, обычно все проще.
– «Обычно» у вас другая работа, – немного грубовато вышло у Светы, которая стала шагать по «Лому», разглядывая все углы, открыто достав пистолет.
– А вы часом не слишком наглеете-то? – Кросс явно был недоволен, поглядывая то на Свету, что уже ушла вглубь, то на Наваро. – Мы, конечно, косякнули, но явно не до такой степени!
– Вас же было трое.
Ханна строго смотрела на Наваро, что подметил и Кросс.
– Он погиб, – кратко бросила она, – пару часов назад вместе со звездолетом упали на этот кусок камня.
Света вернулась, но пистолет не убирала.
– Это очень грустно, – ответил Наваро.
– Мы арестованы? – нагловато высказался Кросс, глядя на Свету и ее пистолет.
– Нет, – грубо сказала Света, – с чего бы?
– Ничего личного, но пока мы не проверим вашу кровь, считайте, введен карантин.
