– Вы пока у нас лучшие, кто овладел способностями по управлению различными энергиями. А так как вы все обладаете разными талантами, дополняющими друг друга, то у вас имеется самый большой шанс определить, что это за устройство и куда оно ведёт. Станислав Викторович, прихватите и своего Жука, – попросил адмирал, – вдруг пригодится.
Я кивнул.
– Проход в пещеру позволит вам загнать внутрь даже вашего «Странника». – Адмирал остановился перед нами. – Надеюсь, мне нет нужды напоминать вам, что миссия совершенно секретная.
Мы впятером синхронно кивнули.
– Просто имейте в виду, что во время контактов с арктическими учёными вы все являетесь сотрудниками Российской ФСБ. Господин Портников позаботился об этом и привёз все необходимые документы, а также земную арктическую одежду, чтобы вы там не отличались от остальных. – Адмирал отошёл к рабочему столу и достал из него пять удостоверений.
Я с удовольствием стал рассматривать свой синий образец с персональной фотографией и голографиями. Удивило, что моё фото, как и вся отделка удостоверения, было выполнено с помощью растровых тончайших линий. На ней я был в форме подполковника, о чём и сообщалось в документе. У Пищугина и Баринова было такое же звание. У Мелихова были погоны майора, а у Мироновой – капитана. В прилагающихся к документам бумагах было указано, что мы все являемся сотрудниками научно-исследовательского центра ФСБ России, которую раньше возглавлял наш знакомый Андрей Юрьевич Марычев, и имеем самые широкие полномочия.
– Андрей Юрьевич, кстати, сейчас и возглавил эту экспедицию, так что знакомые у вас там будут, – добавил адмирал. – Светить иноземными технологиями перед полярниками я вам не рекомендую. У вас будет фора в несколько дней до прибытия основного состава экспедиции. Если за это время вам не удастся приблизиться к разгадке врат, будете работать в тандеме с теми людьми, на которых укажет вам Марычев. Задача ясна?
– Так точно! – хором гаркнули мы, вскочив со своих мест.
– Вольно! Разойдись. И это… будьте там очень осторожны, – добавил по-отечески Мигель.
Через пару часов, загрузив отсек «Странника» под завязку, мы стартовали к ближайшему порталу Заброшенного мира…
К указанным координатам в Антарктиде мы добрались ночью по земному времени. Подведя «Странника» к входу в ледяную пещеру, я на минимальной высоте осторожно повёл его по проходу. Свет фар кемпера высвечивал перед нами ледовую дорогу, которая незаметно перешла в каменную поверхность. Здесь уже без проблем было возможно передвигаться и на колёсах, но мне мешал Жук, подвешенный под днищем транспорта. Поэтому мы медленно, осторожно углублялись в огромную пещеру. Туннель периодически изгибался, но мы с нашими габаритами без проблем продвигались вперёд, пока не попали в просторный зал. Свет фар выхватил из темноты громадное кольцо неизвестно кем построенных врат.
– Слушайте, парни, а в реальности это устройство выглядит значительно масштабнее, – заметил Володя.
Оставив в стороне Жука, я приземлился неподалёку от кольца, но практически по центру перед ним. В пещере никого не было, поэтому мы в боевых комбинезонах, надев согревающие кольца, вышли из машины и приблизились к вратам. Только Багира, поморщив нос от мороза, не стала выходить наружу, предпочтя остаться в кемпере. Я внутренним взором рассматривал сияние энергетических полей. Оно было каким-то усечённым. Светились только отдельные части кольца.
– А оно не всё светится, – тут же подтвердил мои наблюдения Серёга.
– Ага, будто только дежурный режим включён, – высказался Лёха.
– Или батарейки сдохли, – хмыкнул я.
– Чёрт! – вдруг выругался Володя.
– Ты чего? – повернулся я в его сторону.
– Да вот о ящик споткнулся, – пнул он его.
Через ночную подсветку визира шлема я заметил, что на ящике нарисован фашистский орёл – герб Третьего рейха.
– Вован, глянь, на нём свастика!
– Ух ты! – обрадовался Баринов. – Я давно мечтал приобрести себе в коллекцию нечто подобное. И смотри, как он хорошо сохранился за прошедшие годы!
– Да тут их полно, – обвёл я взглядом просторное помещение, – и не только ящики.
– Ребята, – вдруг услышали мы голос Леночки, – давайте утром всё осмотрим внимательнее, мне как-то сейчас не по себе.
– Мля… И то верно, – заметил Пищугин. – Эти артефакты от нас никуда не денутся, а утро вечера мудренее.
Мы согласились с ними и вернулись отсыпаться в кемпер. А утром стуками в дверь «Странника» и лучами мощных фонариков нас разбудили местные учёные. Ими оказались два бородатых мужика с весёлыми лицами. Когда мы их впустили внутрь раздвинутого салона, ребята сразу же скинули свои толстые синие пуховики, оставшись в ярко-оранжевых плотных штанах на лямках и в серых толстых свитерах, и представились:
– Старший научный сотрудник Института стали и сплавов Березин Андрей Владиславович, а это мой коллега метеоролог Стариков Геннадий Алексеевич.
Мы представились в ответ. Багира благоразумно пряталась от незнакомцев, опасаясь смутить их непривычным для землян внешним видом.
