Документы и все прочее им выдавала женщина в штатском, новый сотрудник части, о которой ребята уже слышали, но видели впервые. Она выписала им документы и замялась:
- А вот насчет того, чтобы отдать их вам в руки… Камский сказал, чтобы я их выписала, но чтобы отдала ему…
- Почему? - вежливо спросил Шурик, искренне изображая недоумение на своем лице.
- Не знаю, - пожала плечами женщина.
- Насколько я понимаю, - вступил Ионов, - формально мы уволены еще вчера?
- Да.
- Тогда какие же могут быть причины для задержки?
- Формально их быть не может. Командир сказал: уволить и все. Но вот Камский…
- Понимаете, - мягко усилил нажим Серега, - то что сказал Камский, это прихоть Камского, но не приказ командира, которому все мы подчинялись, пока служили в одной части. Теперь командир приказал нас уволить. И это его приказ. Вы, кстати, Камского, с утра видели?
- Н - нет. Но разговаривала с ним по телефону./ - И не заметили в его разговоре ничего странного?
- Ну…
- Вот, вот. Он уже хорош, я вас уверяю. И его прихоть заполучить в руки наши документы может быть объяснена только желанием поглумиться над нами персонально и припомнить нам все старые обиды, кои мы имеем друг на друга по истечении полутора лет службы. Это я вам говорю без обиняков, как гражданский человек, поскольку я более уже не являюсь военнослужащим проходящим службу в вашей части. И вы это знаете не хуже меня, поскольку сами делали запись в своих книгах и документах, прежде чем их подписал командир.
- А теперь, пожалуйста, поставьте себя на наше место, - вмешался Шурик, - В час дня по местному времени, то есть через два с половиной часа, от Хабаровска до Москвы отъедет наш поезд. Мы бы очень хотели на него успеть. Вместо этого вы можете отдать нас в руки Камского, по его указанию, которое, кстати, вы выполнять не обязаны, так как ему вы не подчинены. Он не имеет права вами командовать. Он имеет право командовать лишь солдатами части, то есть даже нами он не имеет права командовать. Мы уволены еще вчера, вы это уже знаете. Вы, конечно, можете пойти у него на поводу и передать нас в его руки. Смею вас уверить он будет этому несказанно рад. И в следующий раз будет вами командовать, воспринимая это как само собой разумеющееся.
- Да, да, - поддакнул Серега.
- Но я Вас прошу, отпустите нас. Тем более, что поступая таким образом, вы выполняете, в конце концов, приказ командира.
Женщина задумалась:
- Я позвоню в кладовую.
Кладовой она называла каптерку.
После телефонного разговора она вернулась к ребятам и сообщила:
- Да, действительно, Камского сейчас в кладовой нет и кладовщик не знает, когда он придет. Тогда я действительно выдам вам все документы, поскольку, вы и в самом деле уволены приказом командира еще вчера.
Она выдала им документы и сказала им сухое "до свиданья".
Шурик с Серегой вышли за ворота штаба и Шурик негромко, все еще не веря что все закончилось, спросил:
- Так это что? Действительно все, что ли?
Серега утвердительно кивнул:
- Все. Даже буднично как-то. Отвык я от общения с нормальными людьми…
- Это потому, что уже настроились в душе на прощальный концерт в исполнении Папы Камского.
При упоминании имени Папы Камского Шурик не выдержал и с чувством глубокого отвращения злобно сплюнул.
Через час, уже купив билеты на поезд и перекусив в столовой, Шурик предложил купить пару батончиков к чаю в дорогу. Увидав возле булочной телефонный аппарат, Ионов предложил Шурику:
- Давай, звякнем в каптерку, чтобы он перезвонил ребятам на Крону. Пусть им скажет, что у нас все нормально, что с билетами на Москву проблем нет, и что мы уезжаем. А то там наверняка Оскар с Максом гадают как наши дела.
Шурик заколебался:
- А сколько у нас до поезда? Через пятнадцать минут поезд подойдет и объявят посадку…
- Ну и что? Тут шагать от силы минут пять.
- Да? Тогда давай звякнем. Только смотри, не рассусоливай с разговором.
- Спокойно. Пособи.
Опустив в аппарат двушку и держа одной рукой батон, Серега свободной рукой стал набирать номер. Шурик тем временем держал телефонную трубку прижав ее к уху. В трубке прогудели гудки, и вдруг вместо предполагаемого голоса каптерщика в ухо Шурику ударил пьяный голос Папы Камского:
- Алло.
Шурик растерялся, но надеясь, что Папа спьяну его не узнает, сказал:
- Гурьева, пожалуйста.
Папа Камский в ответ подышал шумно, после чего спросил:
- Это ты?
- Я.
- Где ты?
Шурик подбоченился и встал в независимую позу:
- А в чем дело?
- В чем дело? Меньше спрашивай. Давай, вместе с остальными бегом сюда, в каптерку.
- Зачем? Что я там забыл?
- Что ты забыл? Ты обманом получил документы. Это раз. Ты не прошел предувольнительного осмотра. Два. Этого уже хватит. Бегом сюда.
