– Посмотрим правде в глаза, Леншвингель. Мы можем сдержать их, но они могут задавить нас численностью, если захотят вторгнуться в Кенор. Так что они выйдут прямо на нас, надеясь, что их мобильные силы, состоящие из багути, помогут им окружить нас. Мы будем удерживать их на этом рубеже до тех пор, пока они будут идти.
Леншвингель решил, что он все понял. Это был его первый боевой опыт. Ему очень хотелось показать себя полезным и грамотным. Он боялся, но ему говорили, что для любого человека это вполне нормальное явление.
– Так точно, господин генерал, теперь я это и сам вижу.
– Насчет позиции у Рыболовной заводи, господин генерал?
– Да, командир Кесептон.
– Нужна нам там новая смена драконов, господин генерал? Мы собирались держать там только одно подразделение, в качестве отдыха от работы здесь, но, в то же время, оно могло бы взять на себя оборонительные функции, если бы враг устремился на Военную дорогу у нас в тылу.
– Джинк?
– Так точно, господин генерал, там недавно был поставлен один отряд. Большая проблема возникает со Стосорокпятым марнерийским. Так как у них нет драконопасов, то за драконами ухаживают драконопасы Стодевятого, которым в какой-то мере помогает Семьдесятседьмой бийский. Если мы их выведем на позицию к Рыболовной заводи, то им придется сражаться без поддержки драконопасов.
– Это плохо. Очень плохо. Очень трудно найти людей, которых можно было бы туда послать. Всех их чума словно хвостом вымела.
Трегор повернулся к командиру эскадрона.
– Кузо, а что вы думаете по этому поводу?
– Переведите несколько парней из Стосорокпятого, скажем треть из каждого эскадрона. Лучше, чтобы рядом с драконами были драконопасы, нужны лучники и защита от случайно прорвавшихся бесов. Если дракону бес подрежет сухожилия, дракон беспомощен.
– Правильно, звучит вполне резонно. Джинк, подготовьте приказы и тут же их разошлите.
– Так точно, господин генерал.
Офицеры внимательно изучили карту, сверяя ее с маленькими картами, которые носили с собой в кожаных футлярах через плечо.
Легион Красной Розы располагался на южной стороне позиции.
Он растянулся в виде слегка выгнутой линии, в полмили длиной, которая одним концом спускалась к Малой Рыбной реке. Северная часть удерживалась Аргонатским легионом, разделенным на дивизии, каждая из которых в свою очередь состояла из двух полков. Еще два полка находились в резерве.
Линия обороны была укреплена частоколом по всей длине, перед частоколом был выкопан ров с кольями. Драконы должны были сражаться под прикрытием частокола. Люди занимали позицию между драконами. Драконопасы, как всегда, располагались за драконами, а лучники были расположены через равные интервалы по всей длине цепи. И, наконец, были катапульты, установленные через каждые пятьдесят ярдов. Для менее чем двадцати тысяч воинов это была довольно сильная оборона.
За спиной лежало пять с половиной миль болот и лагун, и только за ними начиналась твердая почва и подножье вулкана.
Там, высоко на северном склоне возвышенности, находился форт Кенор. В форт вела только одна дорога, которая проходила по множеству мостов. В этом была огромная слабость, но, в то же время, здесь была и определенная сила. Они должны были удержать этот фронт, потому что у них не было альтернативы. Отступать по этой дороге, сражаясь с армией багути, за которой следовали падмасцы, означало рисковать уничтожением всей армии.
Это были войска Легионов, обученные сражаться с превосходящими силами противника и при этом побеждать.
– Мы подобрали двести лучших лучников и расставили их на флангах линии обороны, в дополнение к регулярным силам лучников, разбросанных по всему фронту. У вас всегда будет один лучник в пределах слышимости команды, – сказал Трегор.
Молодые и пожилые офицеры угрюмо кивнули.
– Мы ожидаем их атаки прямо с утра. Я хочу, чтобы всю ночь был максимальный караул. Утром будет туман, и они могут им воспользоваться, чтобы подойти как можно ближе. Я хочу, чтобы за полчаса до рассвета каждый воин уже проснулся и был в полной боевой готовности. Не помешает и лишняя порция келута. Если они не атакуют, то отоспаться можно будет и попозже, днем.
Генерал Трегор был неглупым человеком. Поэтому он отправился в эту ночь спать, не без оснований полагая, что с рассветом ему придется отражать атаку.
И все бы так, как он ожидал, и произошло, если бы ему не противостояли генерал Мунт, чрезвычайно агрессивный командир, с претензией на свой стиль, и могущественный волшебник всех времен, Властелин Двенадцати Миров, Ваакзаам Великий.
Луна зашла во втором часу утра, за два часа до рассвета. В темноте Мунт форсировал реку двумя огромными наступательными колоннами. Их вели багути, специально обученные для этой переправы. Они провели беспорядочные колонны троллей и бесов через мелководье, по каменистым островкам и грязи. Великая река в этой точке достигала в ширину трех миль, но в засушливое время года она распадалась на отдельные каналы, островки и отмели. Проводники знали местность и безошибочно выполнили свою задачу.
