Легионы продолжали наступать, а кавалерия легионов галопом спустилась по дороге и зашла в тыл удирающим бесам. Тролли, люди, бесы оказались рассеченными на несколько плотно стиснутых хаотичных групп.
Воины Легионов, находившиеся в первых рядах, уже видели, что они победили, драконы также знали об этом, и, ведомые великой радостью, они не прекращали движение своих мечей весь этот длинный, пропитанный кровью день. Снова и снова, каждый раз, когда они поражали тролля или падмасского всадника, наемника, продавшегося злым силам, они затягивали триумфальную кенорскую песню.
К концу дня они оттеснили падмасцев по всей дороге и прижали их к самому берегу. Багути Иррим отступили на север через лагуну Бурых вод к берегам Арго. Там, не останавливаясь, они сразу же переправились на северный берег. Отбиратели Черепов и другие западные племена пересекли Оон вместе с падмасцами, а затем поспешили дальше на запад, оставив за своей спиной вулкан, этот символ дурного предзнаменования. И снова Ашель Веграт превратился в кладбище для кочевников.
Было ясно, что желание воевать у падмасцев пропало.
В этом хаосе никто не заметил, как именно в тот момент, когда багути Иррим направили своих скакунов в воды реки на переправе, большая лодка со скованным цепями драконом пересекла реку.
На парадной площади у форта Кенор пылал костер – в память о Джамбле и других погибших. Драконопасы пели погребальные песни, и их голоса разлетались на многие мили.
Урмин наблюдал за всем этим, стоя на угловой башне. Конечно, потери бывают всегда, но битва при этой переправе навсегда войдет в летописи как великая победа. Кенор был спасен, даже города Аргоната могут вздохнуть спокойней. У Урмина на столе лежала стопка поздравительных посланий.
Постучавшись, вошел Кесептон.
– Вы хотели меня видеть, господин генерал?
– Да, Кесептон, я хочу, чтобы вы доставили этот рапорт в Марнери. Вы заслужили право первым из нас вернуться в город.
– Что же, спасибо, господин генерал. Огромное вам спасибо.
– Вы оказались правы, генерал Кесептон.
– Господин генерал, но ведь звание полевого генерала присваивается только на период сражения. Разве я все еще генерал?
– Да, до тех пор, пока аргонатский легион не будет расформирован. А это может случиться, только если меня сместят или я получу именно такой приказ.
– Спасибо, господин генерал.
– Вы были правы: мы смели их и обратили в бегство. Они рассчитывали, что мы попадем здесь в капкан, окажемся в осаде, а вместо этого они снова отброшены за Оон и бегут, спасая свои жизни. Великолепная победа. Если не считать… – тут он замялся.
Их взгляды встретились.
– Мы понесли огромные потери.
– Сражение было жестоким, господин генерал. Но армия сражалась великолепно.
– Да! – Энтузиазм Урмина разгорелся с новой силой. – Мы застали их совершенно врасплох, как вы и предвидели, и они так и не смогли организоваться снова. Я воспользовался именно вашей идеей.
Урмин взял Холлейна за руку и какое-то время крепко сжимал ее. На его лице отражалась буря эмоций. Он никогда не ожидал, что будет вот так командовать армией. Он также никогда и не мечтал, что одержит такую победу, как эта.
– Пусть Великая Мать хранит вас. Отправляйтесь немедленно и проведите День Основания со своей семьей.
– Слушаюсь, господин генерал.
А в это время на парадной площади догорали погребальные костры, и виверны, за элем, поминали своих потерянных товарищей. Множество песен прозвучало в память об ушедших в минувшей битве или в память о таких, как великий Сорик, погибших задолго до этого. Или в память о Несисситас, погибшей на гладиаторской арене в Туммуз Оргмеине. Или в память о Темистоке, отважном зеленом, жившем век назад.
У них за спиной была великая победа, но сейчас все их мысли были только о погибших. Они пили эль и распевали грустные поминальные песни своего племени.
Этой ночью люди обходили их стороной. Даже драконопасы двигались на цыпочках, чтобы не побеспокоить своих подопечных.
К утру прибыли с переправы лазутчики генерала Ва'Гола. Падмасцы не остановили свой бег, даже достигнув гор. И, тем не менее, если они не пройдут через перевалы до схода лавин, то попадут в ловушку в Гане. Так как Эхохо и Туммуз Оргмеин находятся в руках Легионов, то простых путей ухода на юг или север для кочевников нет.
Несколько позже прибыл всадник с Пристани Кенор и сообщил, что сегодня днем прибыла на кораблях вторая партия эля, которая будет отправлена в форт. Собственным пивоварам форта было очень трудно обеспечивать целых два легиона с их драконами, поэтому весть вызвала бурный восторг.
Следующей новостью, поднявшей всем настроение, была та, что еще почти две тысячи человек, которых сумели наскрести в Кадейне, уже спускаются сюда по реке из Далхаузи. Также в пути были свежие всадники и лошади из Талионских полков, направляющиеся к Оону из южных долин Кенора.
