Когда Кришна узнал о злодеянии, Шатадханва спрятал Сьямантаку у Акруры и, спасая свою жизнь, бежал из города. Но вернувшись в Двараку, Кришна и брат его Баларама устроили охоту на Шатадханву, и затравили его, как дикого зверя, и убили. Настал черёд Акруре бежать из Двараки в страхе перед Кришной. Но снова по городу поползли слухи, что это сам Кришна подстроил убийство Сатраджита с помощью своих родственников. И дабы спасти свою Честь, Кришна велел Акруре явиться обратно в Двараку и показать всем драгоценный камень. После этого Кришна успокоил страхи Акруры и разрешил ему хранить камень у себя.
И когда наконец пришло время и Шри Кришна освободился от своего взгляда, облегчение его было столь велико, что, молитвенно Сложив руки, произнёс он такие слова: «О Владыка Сатурн! Власть Твоя повергает в изумление. Всех терзаешь ты, не щадя ни богов, ни демонов. Каждому посылаешь ты страдания, большие или малые — каждому по заслугам. Всех поражаешь ты своим величием».
— Так заставил я страдать даже Шри Кришну. И если даже его
не пощадил я, то могу ли пощадить кого другого? — закончил свой
рассказ Сатурн.
Царь Викрамадитья встал и пал ниц к ногам Сатурна, простёршись на земле. Он воскликнул:
— О величайший из богов, владыка Сатурн! Слава тебе! Ты очистил душу мою. Но теперь прошу тебя о благодеянии — не приноси более мучения живущим!
На это Сатурн ответил:
— О царь Викрама! Поистине всегда печёшься ты о благе и счастье других, иначе не просил бы ты меня избавить всех живущих от ответственности за их поступки. Поистине несравненно твоё великодушие, и не под силу мне найти такого, кто сравнился бы с тобой!
И вот какой дар предложил царю Викраме восхищенный Сатурн:
— Я избавлю от мучений и страданий всякого, кто слушает мою Махатмью или медитирует на неё. День и ночь будет под моей защитой тот, кто внимает этой Махатмье или размышляет о ней в сосредоточении и, поместив эту священную книгу в доме своём, поклоняется ей. Если не можешь ты читать Махатмью ежедневно, то читай её по субботам, соблюдая пост в этот день и усердно совершая обряды. С особым же прилежанием совершай это в субботы лунного месяца
свободен от скверны, и я расскажу тебе, как нужно поклоняться
мне! Внимай мне со всем усердием!
И владыка Сатурн поведал ему обряд поклонения с распеванием священного гимна «Дашаратхокта Шани Стотра». Безмерно счастлив был царь Викрама, что узнал этот гимн из уст самого Сатурна.
А затем Сатурн сказал ему:
— Теперь твои семь с половиной лет истекли полностью, и ныне начнётся твоё восхождение.
И вновь Викрамадитья припал к ногам Сатурна и, получив его благословение на долгую и богатую жизнь, промолвил:
— Великий владыка Сатурн! Как ты осыпал меня своими милостями, так, молю тебя, одари своей благосклонностью и всех живущих!
— Да будет так! — сказал Сатурн и сделался невидимым, оставив Викрамадитью не в пример более мудрым и благоразумным, нежели был тот при первой встрече с этим грозным владыкой.
Великое изумление охватило царевну на следующее утро, когда увидела она, что руки и ноги царя Викрамы, которые он потерял семь с половиной лет назад, целы и невредимы. Увидев, сколь она потрясена, Викрама раскрыл ей своё имя и поведал обо всём, что произошло с ним, и привёл своим рассказом царевну в неописуемый восторг. Царевна пересказала всё своим ближайшим наперсницам, а те поспешили к царю и царице, намереваясь передать им эту удивительную повесть.
А тем временем царь Чандрасена, пробудившись от вещего сна своего, поспешил в покои своей дочери и увидел там царя Викраму, красотою подобного самому богу любви.
— Кто ты такой? — спросил его царь Чандрасена, и Викрама ответил:
— Я тот самый вор, что украл жемчужное ожерелье у дочери купца.
— Да, я вижу это, — молвил царь Чандрасена. — Но вижу я и то, что теперь ты цел и невредим, хотя по моему приказу тебе отрубили руки и ноги. Прошу тебя, раскрой мне эту тайну, чтобы рассеялись мои сомнения и смятение моё унялось.
— Меня прозвали доблестным Викрамадитьей, — отвечал Викрама, — и я — царь города Уджаини.
И далее он поведал царю Чандрасене всё, что приключилось с ним за те семь с половиной лет, что пребывал он под властью Сатурна. Выслушав этот поразительный рассказ, Чандрасена пал к ногам Викрамадитьи, умоляя о прощении за то, что обошёлся так жестоко со столь великим царём. Но Викрамадитья сказал ему:
— Не тобою я был оскорблён, но судьба моя принесла справедливую кару. Разгневанный Сатурн завладел моим телом на семь с половиной лет, и сам повинен я в плачевной участи своей, ибо нанес оскорбление Сатурну. Разве волен был ты, о Чандрасена, что-то изменить здесь? Ты лишь исполнил то предначертание, что уготовил для меня Сатурн.
