Если по ту сторону – люди, то и взывать стоит к их человечности. Войны хотят только безумцы… Но их, к счастью, меньше. Надежда есть – если только его поддержат Консулы.
– Заун имеет полное право не доверять нам, – продолжал Джейс. – Мы не оправдали свои полномочия. Мы закрывали глаза на их беды слишком долго.
– Джейс, ты забываешься, – одернули его.
Однако Золотой Мальчик Пилтовера уже не повелся на прежний трюк – соответствовать чему-то он уже не станет.
– Я знаю, что не пробуду в этом кресле долго, но у меня есть одна важная роль. И я пришел сюда со своими партнерами – Виктором и Алекс – как тот, кто готов нести ответственность за то, что происходит.
Две фигуры позади него до этого момента молчали. Он ощущал всем нутром их поддержку, будто они были магами, очертившими защитный круг – как в его далеком прошлом, когда он, ребенок, попавший в снежную бурю, был спасен загадочными человеком, использовавшим руны, повелевавшим стихией, подарившим ему осколок кристалла…
Джейс лишь слегка обратил внимание на их синхронность, заметную ярче обычного. Виктор и Алекс всегда были больше, чем друзья – Джейс все практически с первой встречи просек, особенно, реакцию Виктора на свою давнюю подругу… Однако с недотрогой Виктором, погрязшим в своем равнодушном целомудрии, любое продолжение их истории было исключено.
Но когда Джейс входил в лабораторию накануне заседания, эти двое смотрели друг на друга по-особенному. Пусть и они ничего, напрямую свидетельствующего об их близости, не делали и не говорили, лишь собирались выходить и попали навстречу…
Впрочем, если они теперь любовники, это не важно. Даже лучше… Они, может быть, наконец, поняли, что глупо бежать от правды, особенно в такие времена.
– Джейс заключил перемирие с Силко взамен на независимость Зауна, – закончил Виктор заявление Консула Талиса, сидя на стуле, опершись на костыль, по левую руку от глядящего на него партнера.
Да, все верно… Сказать об этом должен был именно Виктор.
Виктор, который положил свою жизнь на лабораторный стол, чтобы сделать мир лучше. Виктор, который пожертвовал всем ради светлого будущего, прогресса, великой эволюции человечества.
Виктор, который застал начало эры Хекстека и наблюдает ее окончание.
Джейс пообещал уничтожить все созданные ими устройства. Они не солдаты, они ученые, они не будут делать оружие.
Реакция на заявление была неистовой, яростной, бурной. Бразды правления выпущены из рук, над городом уже потерян контроль, причем давно – просто никто не собирался это признавать. Заун заслужил автономность, в нем есть свои лидеры и управленцы. Да, возможно, они далеки от чопорных богатеев-предпринимателей, сидящих в сияющем зале Академии, но сейчас ключи от безопасности и жизни всех них у Нижнего Города.
Нужно уметь признавать слабость. Нужно уметь признавать ошибку.
Джейс под пристальным взором множества пар глаз стоял в пурпурном свете луны и ожидал финального вердикта Консулов. Он верил в их благоразумие – или хотел верить… потому что иначе было нельзя.
Когда один за другим они подняли руки в знак согласия с выдвинутым перемирием, возглас облегчения и радости сорвался с губ Джейса. Он встретился глазами с Мэл – решение утвердительно проголосовать первой далось ей не без труда.
Она поддержала его… Он в ней не ошибся.
Печальный свет ночного спутника за окном пульсировал голубоватым свечением, приближаясь к витражному окну, стремительно и зловеще, напоминая звездную вспышку. Инстинкт, необъяснимое чувство неотвратимости парализовало тех, кто осмелился обратить взгляд в сторону окна.
Какая ирония – когда против тебя применяют сотворенное тобой оружие. Такова участь человека-создателя, дарующего миру то, что мир еще не способен усвоить.
