«Ты ее получишь, — прозвучало где-то в голове. — Теперь же возвращайся. Для исполнения твоего замысла нам надо еще многое сделать. Я укажу тебе путь. И ты придешь к престолу своего Нуменора во славе».
Белый Арменелос, Арменелос златовенчанный, сверкал, словно горсть золотистых искр. Ночь была полна веселых огней и радостного шума. Весенняя зелень прозрачно светилась, играя жидкими, подвижными, зыбкими тенями. Закончился день Эрукъерме, началась праздничная ночь.
Проконсул Гирион сидел в мягком кресле рядом с худощавым и мрачным главой Стражей, андунийцем Халлатаном. Оба предпочли самый темный уголок в небольшом зале малых приемов, где нынче по случаю праздника давали новомодное представление: театральное действо, в котором не говорили, а пели. Действо называлось весьма подходяще — «Триумф Эльдариона». Голоса были красивы, костюмы блистательны, музыка великолепна. Некоторые дамы даже плакали после трогательной сцены, когда Эльдарион наконец воссоединял влюбленных и карал злодеев.
— Он уже становится легендой, — склонился к уху Гириона Халлатан.
— Да. Эльдарион — да. Аргор, увы, реален.
Молчание.
— Государь Гил-Галад оказался прав — тут не просто предательство.
— Даже и не предательство, — вздохнул Гирион.
— И опять кому-то придется решать судьбы мира, хочет он того или нет.
Гирион не понял, кого имеет в виду Халлатан — себя или великих сего мира.
— Мы-то муравьи, — пробормотал он, — точим долго и незаметно, но в конце концов дерево падает.
Халлатан молча кивнул. Он не принадлежал к Когорте Эльдариона, но ничем не уступал ее ветеранам. Когорта когда-нибудь исчезнет — люди смертны, и останется только Стража. Похоже, труд ее растянется не на одно поколение. Все придется рассматривать по-новому. Придется все переделывать. Строить иной, новый Нуменор…
— Сначала придется воевать с Ханаттой.
— Тху все-таки стравил нас, — страдальчески сморщившись, простонал Гирион. — Как жаль. Мне нравился их покойный король. В нем было что-то… этакое. Величественное.
— Почти нуменорское, — усмехнулся Халантур. — Воистину — нет ни адана, ни харадрима… м-да…