— Вы меня до смерти перепугали, — сказала Селин натянуто, — а испугать меня нелегко. Вы могли убиться, погибнуть... — Она разгладила платье. — Поедем со мной. Сегодня. Сейчас. Возьмите Рог, и я навсегда останусь рядом с вами. Подумайте. Я — рядом с вами, и Рог Валир — в ваших руках. И это будет только начало, обещаю. Чего больше можно просить?
Ранд покачал головой:
— Не могу, Селин. Рог... — Он оглянулся вокруг. В доме через дорогу из окна выглянул мужчина, затем задернул занавески; вечер затянул сумраком улицу, и на виду, кроме Лойала и Хурина, теперь никого не было. — Рог — не мой. Я это вам уже говорил.
Селин повернулась к Ранду спиной, отгородившись от него, словно непробиваемой кирпичной стеной, белым плащом.
Ранд ожидал, что раз время ужина, то общая зала будет пуста, но за одним из столов сгрудились с полдюжины мужчин, азартно метавших кости между высоких кружек с элем, и в сторонке сидел за ужином еще один. Хотя у игроков не было на виду оружия и доспехов они не носили, а только простые куртки и бриджи темно-синего цвета, что-то в их манере держать себя подсказало Ранду, что это — солдаты. Ранд обратил взгляд на сидевшего в одиночестве мужчину. Офицер, высокие сапоги с отворотами, меч прислонен к столу возле стула. Грудь синего офицерского кафтана от плеча до плеча пересекал один разрез красного цвета и еще один, желтого; голова спереди была чисто выбрита, а сзади свисали длинные черные волосы. Солдатские прически были короткими, будто их всех стригли под один и тот же горшок. Все семеро повернулись к вошедшим — к Ранду и его спутникам.
В гостинице хозяйничала худая женщина с длинным носом и седеющими волосами, но морщины на ее лице казались скорее частью широкой улыбки. Она торопливо устремилась к гостям, вытирая руки белым, без единого пятнышка передником.
— Добрый вам вечер, — быстрые глаза цепко пробежались по вышитой золотыми нитями красной куртке Ранда, по изящному белому платью Селин, — милорд, леди. Я — Маглин Мадвен, милорд. Добро пожаловать в «Девять Колец»! И вам доброго вечера, огир. Немногие из вашего рода-племени ходят этой дорогой. Вы, часом, не из Стеддинга Тсофу?
Лойал, отягощенный тяжелым ларцом, умудрился как-то полупоклониться.
— Нет, добрая хозяйка. Я пришел из иных мест, из Пограничных Земель.
— Из Пограничных Земель, говорите? Ладно. А вы, милорд? Простите, что спрашиваю, но внешность-то у вас не Порубежника, если вы не имеете ничего против моего интереса?
— Я из Двуречья, миссис Мадвен, это в Андоре. — Ранд покосился на Селин — он для нее будто и не существовал; ее безразличный взгляд почти не заметил ни этой комнаты, ни кого-то в ней. — Леди Селин — из Кайриэна, из столицы, а я — из Андора.
— Как скажете, милорд. — Глаза миссис Мадвен вспыхнули при взгляде на меч Ранда; бронзовые цапли ясно виднелись на рукояти и ножнах. Хозяйка чуть нахмурилась, но через мгновение лицо ее вновь стало безоблачным. — Наверняка вам захочется поесть, вам самим, и вашей прекрасной леди, и вашим спутникам. И вам нужны будут комнаты. О ваших лошадях я позабочусь. Вот сюда, прошу, здесь для вас хороший стол, а на плите уже ждет свинина с желтыми перцами. Вы, часом, не за Рогом Валир охотитесь, милорд, вы и ваша леди?
Шагая за хозяйкой, Ранд едва не споткнулся.
— Нет! А с чего вы взяли?
— Уж не обижайтесь, милорд. Были тут у нас двое, щеголи такие, ну вылитые герои — о вас, милорд, и речи нет, вы совсем другого сорта, — да, в прошлом месяце. Здесь не так много путников бывает, ну, не считая тех, кто приезжает из столицы овса закупить, ячменя. Не думаю, что Охота еще успела Иллиан покинуть, но вдруг кое-кто смекнул, что ему-то благословение вовсе незачем и лучше других обставить, чем на это время тратить.
— Нет, хозяйка, мы не за Рогом охотимся. — Ранд и не взглянул на узел в руках Лойала; одеяло в цветных полосках складками висело на толстых предплечьях огир и хорошо скрывало ларец. — Мы-то точно нет. Мы направляемся в столицу.
— Как скажете, милорд. Прошу прощения, что спрашиваю, но вашей леди нездоровится?
Селин взглянула на содержательницу и впервые заговорила:
— Я вполне здорова. — После ее слов в воздухе остался такой лед, что на миг его холод погасил беседу.
— Вы — не кайриэнка, миссис Мадвен, — неожиданно заявил Хурин. Навьюченный переметными сумами и Рандовым узлом, он очень смахивал на самоходную нагруженную тачку. — Извините, но выговор у вас не тот.
Миссис Мадвен приподняла брови и стрельнула взглядом в Ранда, потом ухмыльнулась:
