— Какие милые у тебя друзья, особенно Лана!
— Она тебе действительно понравилась? — удивился Данилевский.
— Очень! Это великолепный человек, открытая, такие встречаются очень редко. А вот Антон немного занудный.
«Очень даже много», — усмехнулся Данилевский, но в подробности вдаваться не стал. Он не собирался рассказывать Ольге тайны своих отношений с Лосевыми и надеялся, что она никогда о них не узнает.
Вагон поезда был почти пуст. Оно и понятно — лето, вечер выходного дня… Большинство горожан сейчас на дачах. Данилевскому вспомнилась прошлая жизнь. Когда-то и он с женой так проводил каждые летние выходные… На теперь уже бывшей даче давно жили другие люди — после развода Данилевский оставил дом Алле, а та вскоре его продала. У Ланы семья не распалась, и дача сохранилась. Получается, дача — символ семьи?.. Теперь его ждет новый брак. Он посмотрел на Ольгу, под стук колес мирно спавшую на его плече. Похоже, обратного пути уже нет.
На круги своя
Через неделю после прогулки на катере Лосевы пригласили Данилевского в гости. Лана подчеркнула — непременно прийти с Ольгой, чем очень его удивила.
В гости к Лосевым… Конечно же, раньше он бывал в этом доме. Особенно часто — в отсутствие мужа. Это было время апогея любовной страсти, когда ни сомнения, ни усталость еще не коснулись их отношений. Данилевский хорошо это помнил. Тогда стоял июль девяносто седьмого года. Город утопал в духоте. У Ланы был ответственный заказ, из-за которого она никак не могла взять отпуск, и Лосев уехал отдыхать в Сочи один. Каждый вечер Данилевский приходил в эту квартиру, где его ждала любимая женщина, и прямо с порога они бросались в объятия страсти. А потом, устав от любви, выходили на улицу и, держась за руки, гуляли по набережной Лейтенанта Шмидта, которая находилась совсем недалеко от дома. От вод Невы так приятно веяло прохладой, а пришвартованные неподалеку суда казались такими величественными в сумерках белых ночей…
Сегодня же день не сложился с самого утра. Данилевский повздорил с Ольгой из-за какой-то ерунды, правда, через час они помирились. Ольга ночевала в этот день у него. Почему-то в последнее время она стала раздражать Данилевского, хотя он понимал, что ничего особенного она не делает: подумаешь, заметила, что мусор не вынесен, что одежда не убрана в шкаф, что на рабочем столе беспорядок… В принципе, всё верно ведь говорит. «Что со мной?» — думал он, не желая себе признаться, что причина кроется в предстоящем визите.
Переступив порог квартиры Лосевых, Данилевский заметил, что ничего здесь не изменилось. Та же прихожая с огромной вешалкой, на которой громоздились пальто и куртки; он всегда удивлялся, откуда у семьи из двух человек столько верхней одежды. Тот же длинный коридор, конец которого прятался за поворотом. Многие десятилетия эта квартира была коммунальной, но в начале девяностых ее расселили. Старую, требовавшую ремонта квартиру тут же купил Антон Лосев. Ремонт он сделал достаточно быстро, и вскоре бывшая коммуналка превратилась во вполне приличное жилье.
— Какая у вас большая прихожая! — восхищенно сказала Ольга.
— У нас не только прихожая большая, — насмешливо заметил Антон.
Взяв на себя роль любезной хозяйки, Лана провела гостей в столовую, меблированную в стиле девятнадцатого века. Ольга не переставала сыпать восторженные реплики.
— Хочешь, покажу всю квартиру? — предложили ей Лана. — Данте, составишь компанию?
— Можно подумать, он здесь впервые, — буркнул Лосев. Его опять раздражало, что внимание уделяется не ему.
— Он не видел твоего нового кабинета, — возразила Лана.
Лосев расцвел в горделивой улыбке: да, действительно, было чем похвастаться!
— Мы недавно оборудовали для Антона кабинет по последней моде. Данте посмотрит наш новый компьютер, а ты, Антоша, последи на кухне за мясом, оно скоро должно быть готово. Следи, чтоб не сгорело!
Довольный, что его персоне наконец-то уделили внимание и потому не ропща, Лосев удалился на кухню. Лана начала экскурсию.
Но повела она гостей почему-то не в кабинет, а совсем в другое место.
— Смотри, Оля, это наша спальня!
Пока его невеста издавала звуки восхищения, Данилевский медленно обвел взглядом комнату.
Та самая спальня.
Та самая обстановка.
Даже запах тот самый — едва уловимый аромат ее духов. Боже, те же самые духи…
Данилевский украдкой посмотрел на Лану, и глаза их встретились. Сколько бушующих чувств увидел он в ее взгляде! Ему показалось, что она все еще любит его и желает вернуть всеми способами — чего бы ей это ни стоило.
— Нравится? — переведя взгляд на Ольгу, улыбнулась хозяйка.
— Класс! Какая огромная кровать! Санька, нам надо будет такую же купить! Твой диван никуда не годится.
— Если хочешь, посиди на ней, — подбодрила Лана. — Она очень мягкая!
