— А она не говорила, какие у неё планы на будущее? — Арман с трудом сдерживал улыбку.
— Она всё об отдыхе говорила, еде вкусной, ванне. Мы три недели не мылись и не жаловались! — страдалец-бандит треснул кулаком по столешнице. — А она на день задержалась с мытьём — и все ей за это должны оказались!
Эти слова заставили Армана задуматься: он так привык к активно действующим Варде-генералу и Лилиан-наёмнице, что не подумал о мирных вариантах действий. И он настолько привык к своей осведомлённости о новых реалиях мира, что позабыл, как в своё время отчаянно поглощал информацию.
Варда тоже должна искать информацию. А самым простым, доступным и умеренным по цене способом её получения были библиотеки.
Сидящий на крыше Арман улыбнулся. Что делал магистр ордена огненного щита на крыше дома возле одной из центральных площадей столицы, в то время как внизу сновали обыватели, и жизнь кипела, как и положено в таком крупном городе днём?
Конечно, причиной столь вопиюще нестандартного поведения была Лилиан. Библиотекарей Арман, пользуясь своим положением, перетряс ещё ночью и выяснил, какую из столичных библиотек посещала Лилиан. После чего отправился туда, чтобы узнать, что именно она изучала.
Карты — вполне ожидаемо для человека, желающего узнать новую географию континента. Но информация по академии стражей? И ладно бы только история заведения, программа и общая информация: ускорить освоение магии молний обучением у опытного наставника вполне разумный подход, но зачем карта-план долины, в которой расположена академия с кампусом и прилегающим городком? Не захватывать же Лилиан их собралась?
«Или?..» — Армана пот пробил от представленных последствий, после чего он пробормотал:
— Да ну не может быть.
«Может, у неё там тайник? — Арман покрутил план академической долины и потёр переносицу, припоминая старую географию этого места и его связь с Вардой. А вспомнив, распахнул глаза. — Точно, там же в соседней долине был замок Ворона — последний оплот свергнутого короля, на брата которого работала Варда».
Та история была довольно грязной, полной предательств, похищений и переходов наёмников из одного лагеря в другой. Они тогда знатно поживились на гражданской войне, и после новый король объявил всех наёмников вне закона. Варда могла, конечно, на это плюнуть, но она тогда вписалась в другую заварушку…
Усилием воли Арман вернулся к изучению выложенных на стол подшивок и книг. Лилиан интересовалась наследственным правом, геральдикой, законами, постановлениями короля, вердиктами — похоже, собиралась восстановить документы.
И это, во-первых, проблематично из-за бюрократических проволочек, хотя идентифицировать юную леди по отпечатку проще простого.
А, во-вторых, особой пользы ей не несло. Арман немного знал о ситуации её отца и ещё перед тем, как отправиться за Лилиан, приказал разузнать все подробности. Из башни возле столицы Арман отправил рыцарей с дополнительными запросами.
Прежде он знал только то, что герцог из научного интереса попрал запреты и изучал историю богов, а когда его дочь родилась без магических способностей, с головой ушёл в историю. Добрался до каких-то ритуалов, на чём его и повязали, лишили имущества и казнили, а дочь и жену сослали в её добрачное имение, назначив в опекуны дальнего родственника.
Расследование показало следующее: герцогиня Хансель засыпала дворец прошениями с жалобами на опекуна и просьбами обеспечить Лилиан приданым: девушка, как ни крути, последняя наследница древнего рода и в преступлениях отца не виновна.
А вот дальше случилось странное: не было причин возвращать ставшую королевским имуществом собственность герцога, но почему-то король вдруг вернул аж половину герцогства. Увы, с условием: им может распоряжаться только муж Лилиан, ей же со всех богатств полагалась маленькая пенсия. Всё выглядело так, словно полугерцогством (правда, с женой в довесок) хотели кого-то наградить, но жениха не назначили, а о передаче имущества в приданое не распространялись.
«Что-то тут не так», — понимал Арман, но даже влияния его ордена не хватало, чтобы выяснить подробности.
Так вот, возвращаясь к его сидению на крыше: решив, что Лилиан собирается получить документы и заявить права на причитающееся ей, а, может, и обратиться к королю с просьбой увеличить пенсию, Арман немного пообщался с ответственными за документы чиновниками, чтобы Лилиан не тиранили проволочками.
Была у него мысль вмешаться и героически спасти прекрасную леди от бюрократов, но когда Арман-Лисар стал прокручивать этот сценарий, он подумал, что…
Это как-то мелковато.
И если это Варда, она сама разберётся, он будет лишь глупо выглядеть со своим вмешательством.
Так что он решил побыть тайным добродетелем. Для обеих сторон. Теперь, сидя на крыше, Арман из-за каминной трубы наблюдал, как прекрасная Лилиан поднялась по ступеням широкого крыльца и вошла в ратушу.
Была ещё одна причина невмешательства: Арман просто не знал, как лучше к Лилиан подойти и решил понаблюдать, что она сделает, получив документы.
