В течение первых четырех лет исследования чувства стыда я сосредоточилась исключительно на женщинах. В то время многие ученые полагали, и сегодня некоторые все еще верят, что мужчины и женщины переживают стыд по-разному. Я боялась, что если я объединю данные по мужчинам и по женщинам, то могу упустить некоторые важные нюансы их переживаний. То, что я решила исследовать женщин, признаюсь, было частично связано с убеждением, что, когда дело доходит до чувства собственного достоинства, то тут самые большие трудности как раз у женщин. На каком-то уровне я поняла, что мое сопротивление работе с мужчинами было основано на интуитивном понимании, что разговор с мужчинами будет попыткой проникнуть в новый и незнакомый для меня мир.
Как оказалось, это был действительно странный новый мир – мир невысказанной боли. Я соприкоснулась с ним в 2005 году после одной из моих лекций. Высокий, худой мужчина, которому было около 60 лет, пришел на лекцию вместе с женой. Он был одет в желтый свитер – образ, который я никогда не забуду. Я поговорила с его женой несколько минут, пока подписывала стопку книг, которые она купила для себя и дочери. Когда она направилась к выходу, ее муж повернулся к ней и сказал: «Подожди меня. Я сейчас».
Она явно не хотела, чтобы он остался поговорить со мной. Она пыталась отговорить его, но он не сдавался. Я, конечно, подумала: «Ну, давай, иди с ней. Ты меня пугаешь». После нескольких неудачных попыток удержать мужа от общения со мной женщина все-таки вышла, а он подошел к моему столу.
Все началось достаточно невинно: «Мне нравится то, что вы рассказываете про стыд. Это интересно».
Я поблагодарила его и ждала – он точно хотел сказать что-то еще.
Он наклонился ко мне и спросил: «Мне любопытно: а как насчет мужчин и стыда? Что вы знаете о нас?»
Я испытала мгновенное облегчение. «Это не займет много времени», – подумала я, потому что ничего особенного не знала. Я улыбнулась: «Я специально не интервьюировала мужчин. Я изучаю женщин».
«Хм. Ну да, это удобно», – кивнул он мне в ответ.
Тут я вдруг почувствовала, как волосы на моем затылке зашевелились. Я выдавила из себя улыбку и спросила очень громким голосом, который использую, когда мне некомфортно: «Почему удобно?» Он поинтересовался, действительно ли я хочу это знать. Я, кривя душой, ответила: «Да». И насторожилась.
Его глаза наполнились слезами. Он сказал: «Мы испытываем стыд. Глубокий стыд. Но когда мы ищем помощи и делимся своими историями, то нас бьют по самому больному месту». Я изо всех сил пыталась поддерживать с ним визуальный контакт. Его боль затронула меня, но я все еще пыталась защититься. Только я собиралась прокомментировать его заявление тем, как жестоки мужчины друг с другом, он сказал: «Перед тем как сказать что-нибудь о тренерах, боссах, братьях и отцах, имейте в виду… – и, указав туда, где стояла его жена, продолжил: – Моя жена и дочери – которым вы подписали все эти книги – предпочтут, чтобы я умер на своем белом коне, чем видеть, что я с него свалился. Вы говорите, что хотите, чтобы мы были уязвимыми и искренними, ну так попробуйте это выдержать. Вы не сможете. Вас тошнит от нашей уязвимости».
От его слов у меня перехватило дыхание. Они задели меня так, как может задевать только правда. Мужчина вздохнул и быстро свернул наш разговор: «Это все, что я хотел сказать. Спасибо за внимание». Он повернулся и ушел.
Я потратила годы, изучая женщин и слушая их рассказы о переживаниях. В этот момент я поняла, что мужчины имели свои собственные истории, и что если мы хотим вместе найти выход из стыда, то лучше бы мужчинам и женщинам делать это вместе. Таким образом, это глава о том, что я узнала о женщинах и мужчинах, а также о том, как мы обижаем друг друга, и как мы нуждаемся в поддержке друг друга.
То, что я поняла о мужчинах и женщинах из своего исследования, так это то, что мужчины и женщины в равной степени страдают от стыда. Конечно, факторы, вызывающие стыд, зависят от гендерной принадлежности, но переживание стыда – чувство универсальное и глубоко человеческое.
Когда я попросила женщин поделиться своими определениями или опытом переживания стыда, вот что я услышала:
