Оторопело обстучав себя, почти сразу наткнулся на что-то мягкое.
Так и есть – шапка!
Рина уже не может стоять. Она села на табурет, сложила руки на свободной части стола, положила на них голову и беззвучно рыдала от хохота.
Ну, тут ее простить можно: лицо у меня сейчас явно «дурнее некуда».
На какое-то время потеряв девушку, как собеседника, я начал рассуждать самостоятельно, тихо делясь ходом мысли с глупо выглядевшим умным человеком.
- Получается, что про отсутствие у меня шапки я тоже шутил. Кто-то в продолжение шутки, умудрился найти чуть ли не в середине теплой весны шапку и мне ее подарил. Кто мог это сделать? Скорее всего, Гарр, так как он здесь живет, следовательно, и весь его гардероб тут хранится. Только и всего!
- Не только! – всхлипывая, поправила ход рассуждений Рина. – После твоей шутки Гарр расчувствовался и назвал себя скотиной! Мол, ты столько всего сделал для Города и лично для него, а он «скотина неблагодарная» даже не догадался подарить тебе шапку!
- Так тепло ведь на улице… - слегка растерялся я.
- Вот-вот! – согласно закивала Рина. – Но этот аргумент был категорично отвергнут! Гарр едва ли не кричал, что ты буквально перевернул его жизнь с идеей обуви для хромых! При этом он, трижды сваливаясь под стол в попытке продемонстрировать всем присутствующим сам предмет его восторгов (обувь). Дремлющий к тому моменту Флин проснулся, расчувствовался и тоже начал бичевать себя, что не относится к тебе с должным уважением. И также полез под стол… Собственно, он оттуда и не вылез – можешь в этом сам убедиться.
Я заглянул под стол. Так и есть: Флин спит там, подложив снятый сандалий под голову.
- В общем, - продолжила девушка, - Гарр собирался отдать тебе весь свой гардероб, но сошлись вы все же на шапке. Чтобы было, чем закидывать, если вдруг закончатся степные головные уборы!
- Ладно! Я понял, что вчера мы к чему-то пришли! А вспомнят ли это спящие товарищи? Может, все-таки, пришло время их будить?
- Мастер Рина так громко и звонко смеется, что в этом уже нет никакой необходимости, - проворчал вечно чем-то недовольный Хрюн, - не будет ли кто-нибудь, из способных передвигаться, так любезен, что даст мне эликсир? И, еще, обязан вас предупредить, что в противном случае моя мучительная смерть будет на вашей совести…
Успокоившись и вытерев глаза и лицо, Рина налила полную кружку эликсира и подала ее еле живому библиотекарю.
- А почему дозировка одинаковая для меня и для этого щуплого книжного червя? – удивился я особенностям местной медицины.
- Все дело в том, уважаемый Женя, - делая небольшие паузы на глотки эликсира, ответил «червь», - что лечится не весь организм, а конкретно голова, а точнее – ее содержимое. И как не прискорбно мне в этом признаваться: этим самым содержимым мы с вами примерно равны!
- И как это я тебя во время пьянки не побил ни разу?!
- О, поверьте, ребята, Женя пытался и ни раз! – поспешила успокоить меня Рина. – Но Стун всегда был начеку. Порой, кстати, и сам мастер библиотекарь лез драться. Его тоже удерживали. А то мало ли…
- Какое хорошее вино, - с подозрением посмотрел я на пустой бутыль, - напрочь память отбивает.
- И все-то ему нужно объяснить, - не без тихой патетики в голосе, произнес Хрюн, - это же специальный сорт. Нам его выдали по указанию мастера Скорпа. Двум стражникам дали емкость поменьше. Нам, на шестерых – побольше. Это вино предназначено для тех, кто на Великих Играх стал свидетелем какого-нибудь несчастного случая. Бывает такое, что люди погибают, и тела при этом выглядят слишком уж живописно. Вот и делают наши маги-менталисты такое вино, которое работает с памятью.
- Но в памяти же осталось все, что случилось до застолья! – тут же возмутился я.
- Безусловно! – не стал спорить Хрюн. – А ты вспомни хорошенько самые неприятные моменты вчерашнего дня и попытайся проанализировать, что ты при этом чувствуешь…
Последовав его совету, я почти сразу же убедился, что маэстро прав: неприятные воспоминания были как в тумане. Это были скорее воспоминания о воспоминаниях. Факты я помнил, но эмоций они уже практически не вызывали.
- Изумительно!
Только и смог сказать я.
- Да, - охотно согласился библиотекарь, - жалко только, что такой побочный эффект у него, что напрочь память отбивает о самом процессе его употребления. Да и похмелье наутро просто ужасное.
За время нашего с Хрюном диалога Рина уже успела обойти и опоить всех оставшихся участников банкетно-советного мероприятия. Они уже понемногу приходили в себя и, хмурясь, рассаживались по вчерашним местам.
- Почему у меня полные карманы камней? – вяло удивлялся Гарр.
- А у меня все руки в пыли… - делился грустными наблюдениями Флин.
Стун же с молчаливым недоумением косился на свои большой и указательный пальцы правой руки. Между ними была зажата прогоревшая спичка.
Я-то сразу понял, в рамках какого спора могло произойти подобное чудачество, а вот гигант явно терялся в догадках.
