Синьория — флорентийский парламент — была послушна дому Альбицци. Она издала декрет против инакомыслящих, которых называли «скандалёзи». Имелись в виду Медичи, потому что они часто говорили не то, что следует. Были недовольны политикой Синьории. За это их было решено изгнать.
Несколько странно, что Козимо Медичи попал в число «скандалёзи». Он стремился жить по заветам отца, который учил его быть скромным, не привлекать к себе лишнего внимания, говорить ровным голосом, одеваться в черное. И вдруг — «скандалёзи»!
После появления декрета Козимо удалился на свою загородную виллу. Но к нему явились представители республики и сообщили, что власти вызывают его во Флоренцию. Он мог попробовать сопротивляться или бежать. Друзья приготовили лошадей. Но он сдался властям. Его арестовали и заключили в камеру в башне под названием Барберия.
Была создана следственная комиссия из 200 человек. Должно было расследоваться намерение Козимо Медичи захватить власть. По конституции за это полагалась смертная казнь. Но решение должно было принять абсолютное большинство.
Из окна камеры Козимо видел, что стража пропускала на собрание только сторонников Альбицци. Казалось бы, участь подследственного решена. Надо сказать, он не дрогнул, не стал молить о пощаде.
Но пока шли заседания, за Козимо как представителя дома Медичи начали заступаться клиенты. Например, римский папа Евгений IV. И целые города — Феррара, Венеция.
В 1433 году состоялось голосование. Единодушного решения членам комиссии принять не удалось. Поэтому Козимо избежал казни и был изгнан из Флоренции в Падую. Некоторые биографы допускают, что его спасла взятка. Но это не доказано. Позже он переехал из Падуи в Венецию.
Альбицци были в бешенстве из-за того, что Козимо Медичи не удалось казнить. Но в целом они победили: его ссылка продолжалась 1 год. Все это время Флоренция была лишена этого человека, его воли, его обаяния, его денег, наконец.
Кстати, Козимо сумел сохранить свои капиталы. Отправленный в изгнание, от потребовал, чтобы должники немедленно, в течение двух месяцев, вернули ему все кредиты. И не соглашался предоставить кому-либо отсрочку.
Со временем Альбицци потеряли популярность. Они никогда не были так щедры, как Медичи, которые всегда широко раздавали деньги. Да у Альбицци и не было таких капиталов.
Кроме того, прошла неудачная для Флоренции война с городом Лукка. Был подписан позорный для Флоренции мир. В глазах народа именно сторонники Альбицци потерпели поражение. Причем от не очень сильного противника. С античных времен в Европе было принято отдавать проигравших полководцев под суд, изгонять их или казнить (такая участь постигла, например, сына Перикла в V веке до нашей эры). И Альбицци были пожизненно изгнаны из Флоренции.
Друзья посоветовали Козимо вернуться в родной город. Как он был встречен, мы наверняка не знаем. Некоторые современники свидетельствовали, что он прибыл триумфатором. Но сам он сообщал в письмах, что пробирался темными дворами и переулками.
В течение следующих 30 лет Козимо, не занимавший во Флоренции никакой должности, оставался высшим городским авторитетом. При нем наступил золотой век возрожденческой Флоренции. И вот что важно: за время его доминирования здесь не было вынесено ни одного смертного приговора.
Козимо любил принимать участие в грандиозных народных празднествах. Это тоже античная традиция, но дополненная христианской мифологией. Например, костюмированный праздник волхвов, в котором участвовал весь город.
В 1464 году Флоренция была декорирована под Иерусалим. На улицах были люди в костюмах волхвов. Кстати, на картине Боттичелли «Поклонение волхвов» старик, который целует маленькую ножку новорожденного Христа, очень похож на Козимо Медичи. Ничего удивительного: он щедро финансировал эти праздники.
Медичи поощрял художественное творчество. Интересно: именно в это время живописцев в Италии начали называть художниками, а не малярами, а бывшие каменотесы превратились в скульпторов. Вот что говорил Козимо Медичи о людях искусства: «Этих гениев нужно воспринимать так, словно они не из плоти сделаны, а сотканы из звездной пыли».
Любимцем Медичи был Донателло, мастер изящных форм. У него даже Давид, победитель Голиафа, — изящный, хрупкий юноша. Характер у Донателло был тяжелый, но ему прощалось все.
Козимо создал галерею Уффици — это было его личное владение. Только в XVIII веке одна из представительниц дома Медичи подарила галерею городу. Это и сейчас одна из знаменитейших художественных галерей в мире.
Фактически управляя Флоренцией, Козимо сохранял сдержанность и благоразумие. Когда архитектор Брунеллески предложил ему проект дворца, достойного рода Медичи, Козимо отказался. Он не хотел вызывать у окружающих зависть, считая ее семенем, которое не следует подпитывать.
Он создал первую в Европе публичную библиотеку — после погибшей Александрийской. Библиотека Медичи была его личным собранием. Личное стало публичным.
