В середине I столетия до нашей эры мало кто сомневался, что Римская Республика обречена – жесточайшие гражданские войны, продолжавшиеся полвека и уменьшившие население Италии вдвое, поставили Вечный город на грань катастрофы. И Республика пала. Однако на ее руинах было воздвигнуто новое могучее государство, завоевавшее полмира и определившее развитие европейской цивилизации, – Римская Империя. Это чудесное преображение, продлившее Риму жизнь на полтысячи лет, связано с именами двух величайших государственных деятелей, настоящих гениев власти – Гая Юлия Цезаря и его приемного сына Октавиана Августа, который продолжил дело отца после гибели Цезаря от рук заговорщиков и не только отомстил его убийцам, не только одержал победу в гражданской войне и захватил единоличную власть, но и провел грандиозные реформы, заложив основы Империи и добившись внутреннего мира, стабильности и процветания. Именно со времен Августа, гордившегося тем, что «принял Рим кирпичным, а оставил мраморным», римляне обожествляли своих императоров – и первые цезари действительно заслужили божественные почести, совершив то, что выше человеческих сил! Эта книга воздает должное подлинным творцам Римской Империи, чей опыт по спасению и возрождению Державы сегодня актуален как никогда.
Биографии Цезаря и Августа, первых римских императоров, не случайно оказались под одной обложкой.
Их политические идеи неразрывно связаны. Оба они видели и понимали, что управлять такой огромной страной, какой стала Римская республика к первому веку до Р.Х., по-старому уже нельзя, и историческая необходимость требовала иных форм управления государством. «Нельзя было, – писал С. И. Ковалев в своей «Истории Рима», – управлять мировой державой методами и аппаратом, пригодным для маленькой общины на Тибре, в лучшем случае – для италийской федерации». Действительно, старые меха не выдерживали буйной силы молодого вина. Новые необъятные провинции требовали централизованного управления, растущая экономика – беспрепятственного передвижения товаров к новым рынкам, общественная жизнь – гражданского равноправия на всей территории империи и иного законодательства. В результате бесконечных войн республиканская элита измельчала, утратила свои классовые привилегии и влияние, появились новые активные социальные группы из среды вольноотпущенников, то есть бывших рабов, требовавших социального равенства, невозможного по республиканским законам. Также солдаты победоносных армий ждали от своих полководцев не только права участвовать в триумфе, но и своей доли в завоеванных провинциях. И так далее.
Поэтому падение больной к тому времени республики становилось неизбежным. И если не Цезарь, то Помпей или кто иной вынужден был бы пожертвовать находившейся в упадке демократией ради спасения целостности и могущества Рима.
Цезарь понимал это как никто другой и реально осуществлял идею концентрации высшей власти, необходимость которой понимали его предшественники Марий и Сулла. Но, в отличие от Цезаря, они пытались осуществить эту задачу в рамках традиций республиканской демократии. Однако противоречия внутри честолюбивой элиты с ее постоянной грызней за власть порождали постоянную смуту в обществе. Утопические попытки Цицерона примирить сословия приводили к еще большим разногласиям и политическому экстремизму.
Август победоносно завершил гражданские войны и укрепил на возведенном Цезарем фундаменте прочное здание мировой империи, и в такой форме величие и политическое господство Рима во всем мире продержалось несколько веков.
Без Августа дело Цезаря могло оказаться мертворожденным. Если бы творцы переворота Брут и Кассий оказались более удачливыми полководцами и более талантливыми политиками, Рим, возможно, еще долго бы ковылял по дорогам истории с республиканской тростью в руках.
И тот и другой хотели распространить власть Рима на весь мир, стремились к слиянию всех наций в единое римское государство с единой религией и идеологией. Оба проводили политические, экономические и правовые реформы и хотели видеть своих сограждан патриотами, высоконравственными и культурными людьми.
Но цели у них были разные. Цезарь добился первенства с помощью военной силы ради личной власти и осуществления своей мечты о мировом господстве. Для него государство стало средством для достижения этих целей. Развязав войны в Галлии, а затем и гражданскую войну, он погубил миллионы человеческих жизней ради захвата и удержания верховной власти. Все свои недюжинные способности полководца и политика он направил ради достижения этой цели. Установив режим единоличного правления, он, вместо того чтобы залечить раны истощенного войнами государства с расшатанной системой управления, больной экономикой, решил осуществить свой план очередного похода на Восток с целью достижения честолюбивой мечты о мировом господстве.