А вот другое свидетельство очевидца: «Растрелли сумел этот чудный материал с ясным отпечатком художества другого поколения поставить в такие условия, что все окружающее эту необычайную янтарную поэму красоты не режет глаз, а кажется только легкой рамкой... Вы входите в Янтарную залу, видите прежде всего белую с золотом стену между окнами с зеркалами, три белые с золотом двери, роскошь их десюдепортов, и незаметно белизна и золото в узких полосках переводят ваше внимание на теплые янтарные, простые на вид стены, и невольно вас тянет к ним, чтобы изучить детали, и тут вы видите все их великолепие».
Таким образом, прежний кабинет как целостное произведение искусства после всех реставрационных и отделочных работ перестал существовать. Появился новый сказочный шедевр — Янтарная комната, творцами которой стали Растрелли и Мортелли.
В дальнейшем судьба шедевра складывалась по-разному. В мае 1820 г. комната едва не погибла от пожара, после которого ее реставрировали Турау и Роггенбрук; в 1830 г. она подверглась очередному ремонту, а в 1897 г. снова реставрировали. При советской власти Царское Село переименовывается в Детское Село, затем в город Пушкин. Сам Екатерининский дворец становится музеем с его уникальным экспонатом — Янтарной комнатой.
Накануне войны Янтарная комната состояла из двенадцати панно, четыре из которых были украшены пышными резными рамами и мозаичными картинами из разноцветных камней, двенадцати панелей, двадцати четырех зеркальных пилястр в золоченом деревянном обрамлении, трех двухстворчатых дверей, бра, прикрепленных к бронзовым пилястрам и выполненных из золоченого резного дерева по рисункам Растрелли. Все это великолепие занимало во дворце помещение в 100 м2. Неудивительно, что в те годы город Пушкин был настоящим местом паломничества туристов, ибо такую красоту ценители искусства не могли увидеть ни в одной стране мира.
Казалось, на этом испытания Янтарной комнаты закончились. Но история всегда идет своим, только ей известным путем. Трагические события военных лет напрямую коснулись и Екатерининской художественной реликвии. И дело не только в оккупации Царского Села. Еще задолго до того, как в него вошли немцы, несколько раз принималось решение о немедленной реставрации Янтарной комнаты, последняя дата — осень 1941 г.
Она уже тогда была в плачевном состоянии. По свидетельствам очевидцев, куски янтаря отлетали, чуть ли не при каждой попытке открыть двери обрушивались на паркет и рассыпались золотистыми осколками, старый клей не держал многие фрагменты, ссохлись, деформировались панели, на которые был наклеен янтарь. Весной было принято решение выписать из Москвы специалистов, уже имевших дело с панелями комнаты, но 24 июня все заявки были отозваны.
В эти дни маршалы Советского Союза К. Ворошилов и Г. Кулик, оборонявшие Ленинград, уже успели отдать приказ о минировании кораблей Балтийского флота и уничтожении всех ценностей, которые не удалось эвакуировать в тыл. На подступах к Павловску и Царскому Селу стремительно таяли силы 42-й армии, цеплявшейся за Павловск из последних сил. Кто и чем оборонял южные ворота в Ленинград — ни Ворошилов, ни Кулик не имели ни малейшего представления.
23 августа из Царского Села был отправлен последний эшелон с музейными ценностями из пригородных музеев. В штаб Ленинградского фронта была отправлена телефонограмма: «Эвакуация музейных ценностей из пригородных дворцов Павловска и Царского Села в основном завершена». В Екатерининском дворце предпринимается последняя попытка демонтажа Янтарной комнаты. В подвалы Екатерининского дворца перебирается почти все население бывшего Царского Села, повсюду дети, старики, смотрительницы и уборщицы бывшего дворца его императорского величества. Воинские посты, выставленные в Екатерининском парке, больше прислушиваются к грохоту боев на окраинах Павловска, чем к суете укрывшихся людей.
Первые попытки демонтировать Янтарную комнату закончились неудачей. Деревянная основа янтарных панелей достигла такой дряхлости, что к ней страшно было прикасаться, при демонтаже двух панелей северо-западной стены янтарная мозаика просто обрушилась на паркет. А главное, что выхода из сложившейся ситуации никто не видел, поскольку продолжение работ могло привести к полному разрушению комнаты. Прибавить к этому тряску по дороге в Ленинград, после которой до города могли доехать лишь куча древесной трухи да несколько десятков горстей битого в пыль янтаря. Возможно, если бы к тому времени в Екатерининском дворце имелся хотя бы один «янтарщик», выход был бы найден. Однако небольшая бригада специалистов, занимавшаяся Янтарной комнатой, состояла только из реставраторов станковой живописи.
