Кирками и лопатами матросы быстро соскоблили с корпуса «Санта-Инес» наросты ракушек и водорослей. Швы и пробоины заделали конопатью со смолой и заново покрыли корпус поверх ватерлинии черной краской, предохраняющей обшивку корабля от рачков и моллюсков. Когда левый бок был закончен, корабль накренили в другую сторону и то же самое проделали с правым. Затем обновленную «Санта-Инес» осторожно выпрямили. Теперь предстояло поставить запасные мачты взамен срубленных и заменить такелаж: штормовой ветер порвал все веревочные снасти каравеллы.
И вот тогда-то Диего, вися на рее водруженной грот-мачты, увидел черных людей. Они стояли за прибрежными кустами и внимательно смотрели на моряков.
— Эй! — крикнул Диего и замахал рукой.
Черные исчезли.
Обжигая ладони о льняной канат, юнга слетел на палубу. Он подбежал к борту корабля и закричал, обращаясь к зеленым кустам:
— Выходите, жители знойной земли, и разрешите приветствовать вас вашим португальским друзьям!
Ответа не последовало — берега молчали, и только звенели неумолчно мириады жучков.
— Но я их видел, — убеждал Диего окруживших его моряков, — так же, как вижу сейчас вас. Они совсем черные, словно их долго коптили и мазали сажей.
— Куда ж они делись?
— Не знаю, исчезли, как сквозь землю провалились. Но я их видел. Их было четверо — очень высокие и очень черные. Они стояли и смотрели на нас, неподвижные, как изваяния. В руках у них были щиты и копья.
Некоторое время все всматривались в прибрежный кустарник. Но ни одна ветка не дрогнула, ни один лист не зашевелился.
— Живее работать! — велел капитан. — Юнге померещилось.
— Знать, солнцем голову напекло, — авторитетно сказал боцман.
— Да нет, — засмеялись матросы, — просто глотнул лишку.
Впервые за все плавание Диего не отвечал на шутки. Он быстро работал, время от времени поглядывая в ту сторону, куда, как он думал, скрылись туземцы.
Черные воины появились после полудня. Никто не видел, как они вышли из леса, казалось, они возникли из-под земли; стояли молча, опираясь на копья, и внимательно в упор рассматривали корабль. Их черные тела были разрисованы белыми полосами и кругами, бедра опоясывали юбочки, сделанные из волокон пальмы. На сей раз никто не вскрикнул: белые люди, как зачарованные, смотрели на черных.
К борту корабля подошел Сауд и по-арабски приветствовал туземцев. Воины молчали, — очевидно, этот язык был им неведом. Тогда Сауд знаками показал, что он хочет есть. Один воин вынул из сумки, переброшенной через плечо, несколько лепешек. Не выпуская из рук копья, он приблизился к воде, положил лепешки на камень и поспешно вернулся к своим товарищам.
Сикейра решил рискнуть.
На воду была спущена лодка. Держа в одной руке аркебузу, а в другой несколько ниток стеклянных бус, капитан вышел на берег. Он взял лепешки, положил на камень бусы и вернулся в лодку.
Воины осторожно приблизились к камню. Разноцветные стекляшки привели их в восторг. Криками и жестами выражая радость по поводу неожиданного подарка, они, в знак мира, сложили на берегу свое оружие, вошли в воду и заговорили, обращаясь к Сикейре. В их мелодичной речи особенно часто звучало слово «Бенин». Они твердили его настойчиво, повторяли по нескольку раз подряд и при этом указывали рукой в сторону леса.
— Бенин, — задумчиво произнес капитан, обращаясь к стоящему рядом монаху. — Очевидно, это название их страны или имя владыки. Так или иначе, они зовут нас в гости, и почему бы нам не принять их любезное приглашение?
— Я готов идти туда, где живут эти язычники, ибо всеблагой господь бог повелел мне спасать не знающие света души.
— Хм, — пробормотал Сикейра, — меня больше интересуют их здоровые, сильные тела.
Новый поток жестов — и Сикейра понял: их путь продлится до заката солнца. Решение было принято быстро. Десять матросов во главе с боцманом остались сторожить корабль. В случае нападения капитан приказал пустить в ход бомбарды, стреляющие каменными ядрами. Сам же капитан, отец Педро, Сауд и двадцать пять моряков, нагруженные оружием и подарками местному владыке, высадились на берег.
Черные воины прокричали прощальное приветствие большой лодке и вступили в лес. Португальцы последовали за ними.
В день свадьбы вино слаще меда.
Однажды обба Эвуаре — великий правитель Бенина — пожелал узнать, сколько людей живет в его городе. Чиновники дворца собрались на совет и долго думали, как исполнить приказ владыки. Наконец решили: пусть все домохозяева города сдадут начальникам своих кварталов столько раковин каури, сколько человек, включая и самых маленьких детей и дряхлых стариков, насчитывают их семьи.
Когда начальники кварталов принесли мешки с ракушками начальнику города, то оказалось, что всего собрано 79 260 раковин. Это означало, что почти восемьдесят тысяч людей населяют прекрасный город Бенин. А там, где живет много людей, часто случаются печальные праздники смерти, и светлые праздники рождения, и радостные праздники свадьбы.
