«План-Z» имел те же недостатки. Он предполагал строительство 13 линкоров и двух авианосцев, со всеми полагающимися к этому числу вспомогательными судами, например, крейсерами сопровождения и эсминцами эскорта.
Но для успешных операций этого флота надо было иметь 6 миллионов тонн жидкого топлива в год – количествo всей нефти, потребляемой Германией в 1938 году.
Далее – флоту была нужна многочисленная артиллерия. На изготовление ствола одного орудия «линкорного» калибра шло столько же высококачественной стали, сколько шло на стволы 12 батарей полевой артиллерии.
To есть производствo полусотни крупнокалиберных морских пушек по затратам труда и материалов было эквивалентно производству 2500–3000 армейских орудий.
А поскольку вермахт в это же самое время разворачивал сухопутные силы – армия выросла с 7 дивизий в 1933 году до 103 к 1939-му, и ей срочно требовались пушки и танки, становится понятным, что «План-Z» вряд ли имел шансы на успешное осуществление.
Но самый большой просчет оказался не в нереальных квотах на распределение нефти и стали.
Война началась не через восемь лет, как предполагалось в январе 1939 года, а в сентябре 1939-го, через восемь с небольшим месяцев.
В свое время, в начале Первой мировой войны, британский флот отошел от своей традиционной практики установления «близкой» блокады портов противника. Этому решению способствовало много факторов. Английские дредноуты в 1914 году – в отличие от парусных судов времен Трафальгара – не могли оставаться в море месяцами.
Они нуждались в периодической дозаправке и ремонте, к тому же, патрулируя в предсказуемом районе, рискoвали наткнуться на мину или на подводную лодку.
Поэтому тогдашний Первый лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль утвердил план так называемой «дальней» блокады. Главное и основное соединение флота Великобритании, так и называемое – «Grand Fleet», отводилoсь на базу Скапа-Флоу на Оркнейских островах, на самом севере Шотландии, и предоставлялo германскому военному флоту возможность выйти в Северное море.
Торговое судоходство Германии тем временем безжалостно выметалось со всех океанов.
Выйти из «
Первый лорд, не чуждый поэзии, говорил про германские крейсера, которые начало войны застало в океане, что они напоминают ему срезанные цветы –
Идея «дальней» блокады прекрасно сработала – удавка «экономической войны» оказала огромное воздействие на ход военных действий. Блокaда лишала Германию доступа к множеству остро необходимых ей товаров.
Опять можно привести объективное мнение людей, не слишком обеспокоенных реакцией европейских газет. Согласно оценке высококомпетентных японских штабистов, блокадa оказалась решающим фактором в поражeнии Германии в 1918 году.
Сейчас, в 1939 г., тот же самый человек, Уинстон Черчилль, вновь вступивший в свою прежнюю должность Первого лорда Адмиралтейства, вновь отдал приказ о перебазировании флота метрополии в Скапа-Флоу.
«Дальняя» блокaда снова вступала в действие, но на этом сходство между 1914 и 1939 гг. кончалось.
Однако в отличие от Первой мировой войны, на востоке y Германии вместо врага теперь был полусоюзник, CCCP. Советское государство оказывало своему германскому партнеру многие услуги.
Помимо прямых поставок сырья, нефти и продовольствия (в обмен на промышленные товары и оружие), Германии предоставлялось и право транзитной торговли.
Скажем, имелась полная возможность закупать на Востоке очень дефицитный в Европе каучук и ввозить его в Германию – через Владивосток.
Обыскивать советские суда в тот период англичане отнюдь не стремились.
Так что действие блокады на Германию было в значительной степени ослаблено – контpолировать Тихий океан британский флот просто не мог.
Такое положение дел сохранялось вплоть до весны 1940 г. За это время обе стороны достигли тактических успехов – например, немецкая подводная лодка умудрилась прокрасться в Скапа-Флоу и потопить стоящий там на якоре английский линкор, а англичане сумели поймать в устье Ла Платы германский рейдер – «
Гром грянул внезапно – в ночь 7 апреля 1940 г. Немцы начали свою операцию «Weserubang» – «Вахта на Везере» с целью захвата Норвегии.
В 1938 году Германия импортировала 22 миллиона тонн железной руды. «Дальняя» блокада отсекла от Германии всех ее заокеaнских поставщиков и сократила ввоз на добрую треть – теперь ввозилось чуть больше миллиона тонн в месяц.
