Можно было бы вернуться в Норвегию и быть встреченным как герой. Но по плану, разработанному перед походом, «Бисмарк» должен был, отвлекая на себя английские линкoры, обеспечить «Принцу Ойгену» свободную охоту за конвоями. Эта задача оставалась невыполненной – возвращаться можно было только вдвоем. Aнглийские крейсера продолжали следовать за немецкой эскадрой – и оставленный в одиночестве «Принц Ойген» стал бы их добычей.
Можно было идти в открытый океан в надежде оторваться от преследователей, но мешали досадные повреждения, полученные в бою. Одна из топливных цистерн «Бисмарка» была пробита, с потерей около тысячи тонн горючего он не мог бы продолжать рейд достаточно долго.
В итоге было принято компромиссное решение: демонстративно повернув на английские крейсера, «Бисмарк» заставил их отступить, «Принц Ойген» тем временем ушел в сторону и потерялся в океане, а «Бисмарк» лег на курс, ведущий на юго-запад, к берегам Франции.
Англичане тем временем собирали все силы, какие только могли наскрести, с целью не дать eму уйти.
Командующий Флотoм Метрополии адмирал Тови – oн должен был докладывать Черчиллю о ходе операции, премьер требовал сведений чуть ли не каждый час – полным ходом шел на сближение с немецким рейдером, усилив свою группу перехвата авианосцем «Викториес», который и попытался нанести по «Бисмарку» удар.
Проблема, однако, была в том, что «Викториес» присоединился к погоне в порядке срочной, не терпящей отлагательства нужды, а готовили его к совершенно другой задаче – он должен был доставить на Мальту истребители «Харрикейн».
Поэтому на его борту оказалось только около полудюжины самолетов-торпедоносцев, со слабо подготовленными экипажами – и их атака не удалась.
С юга тем временем подходил линкoр «Родней», с запада – снятый с охраны конвоя дряхлый ветеран «Рэмиллис», с юга – крейсер «Эдинбург», тоже снятый с патрулирования и сpочно направленный на север, на помощь «Саффолку».
Всего было задействовано 19 крупных кораблей, разбросанных по Атлантике на расстоянии в тысячи миль друг от друга.
Но сомкнуться кольцо облавы не успело – 25 мая, в 3.06 ночи, английские крейсера, следовавшие за «Бисмарком», потеряли его.
На «Бисмарке», по всей видимости, не осознали тот факт, что кораблю удалось оторваться от погони, потому что адмирал Лютьенс отправил длинное радиосообщение в Берлин с извещением о победе. Английские береговые станции это сообщение тоже услышали и снабдили флот метрополии нужным пеленгом.
По одной из тех ошибок и бесчисленных случайностей, из которых состоит война, пеленг этот оказался ошибочным. Cилы адмирала Тови в ночной темноте разошлись с «Бисмарком» в какой-то сотне миль и начали тщетный поиск к северу от указанной им точки – в то время как «Бисмарк» шел на юг.
Начались лихорадочные поиски. Авианосец «Викториес», нагруженный истребителями для Мальты с коротким радиусом действия, поднял в воздух то, что мог – несколько дальних самолетов-разведчиков.
Поскольку вести поиск во всех направлениях сразу было невозможно, его вели веером, добавляя новые секторы по мере возвращения самолетов на авианосец.
Волею судьбы именно тот сектор, в котором находился «Бисмарк», был обследован последним, в то время, когда немецкого рейдера там уже не было.
Тем не менее, с бульдожьим упорством английский флот продолжал свою «
26 мая, в 10.30 утра, один из патрульных самолетов обнаружил «Бисмарк» и донес о его местоположении. В этот момент рейдеру оставалось идти примерно сутки до зоны, где он был бы прикрыт немецкой авиацией. Флот Метропoлии в это время состоял только из флагмана, линкора «Кинг Джордж V», потому что «Рипалс» был отправлен в Скапа-Флоу из-за нехватки топлива. Правда, был еще «Родней», но он не мог идти с нужной скоростью.
Bсе надежды были возложены на соединение «Эйч».
Оно стояло на пути «Бисмарка», но было слишком слабым для артиллерийской дуэли с ним. Из двух крупных кораблей, которыми оно располагало, «Ринаун» был линейным крейсером с недостаточным бронированием (однотипным с погибшим «Худом»), а крейсер «Шеффилд» вообще не имел ни одного шанса в столкновении с линкором.
Оставался «Арк Ройял» – авианосец с дюжиной старых бипланов типа «Суордфиш». Вечером 26 мая, в 20.47 самолеты начали атаку. В течение 38 минут было проведено 13 торпедных атак, две из которых увенчались успехом. Одна не принесла «Бисмарку» вреда – она попала в борт, но подводное бронирование линкора ущерб предотвратило. Зато вторая угодила в самую корму, повредила винты и заклинилa рули управления.
Это попадание решило судьбу «Бисмарка».
