- Ну, тогда прошу вас к доске. Нам бы очень хотелось узнать ваше мнение о поэме Рунеберга. Вы всё же литератор, поэтому ваш взгляд на эту поэму может быть очень интересен.
- Господин Кивекас, это свободное обсуждение или в рамках учебного процесса? - решил я прояснить вопрос о рамках данного мероприятия. А то выскажу своё мнение, а мне кол влепят.
- Ха! Как вы хитро сформулировали свой вопрос. Вот! Берите пример с вашего соученика, - обратился педагог к моим одноклассникам. - Не то что вы, господин Латту! Вышли, пробурчали и, получив тройку, на этом успокоились, - укорил он рыжеволосого пацана, младшего сына губернского директора полиции. - Господин Хухта, можете не беспокоиться, ваш ответ я оценивать не буду. Мне всё же интересно ваше личное мнение, как литератора. Да и вашему классному наставнику, я думаю, тоже, - и он кивнул в сторону господина Фростеруса.
- Прочитал я эту поэму давно, - начал я. - Ещё в шесть лет. И с тех пор перечитывал её ещё трижды. И я был крайне удивлён и поражён тем, что она считается патриотической и национальной. Ведь, на самом деле, это произведение можно отнести к сепаратистским и очень вредны.
В классе разлилась мертвая тишина, пацаны смотрели на меня, вылупив глаза, а наш классный наставник покачивал головой явно в жесте неодобрения.
- С чего вы это взяли, господин Хухта? Что за крамольные мысли? А хотя, ладно, продолжайте. Ведь я обещал выслушать, - господин Кивекас вначале возмутился, а затем, взяв себя в руки, позволил мне продолжать.
- В первой части поэмы рассказывается о неком подростке-сироте по фамилии Стол. Который рассказывает, что все его предки погибли, сражаясь за короля и Швецию против России. Хочу всем напомнить, что мы с вами сейчас проживаем именно в Российской империи, - я обвёл взглядом притихший класс и преподавателей. Фростерус чесал подбородок, а Кивекас как-то зло ухмылялся. - Далее из повествования мы узнаём, что отца мальчика взяли в солдаты тоже в пятнадцать лет, и он погиб у него на глазах в битве при Лаппо за независимость Финляндии. И вот теперь ему тоже пятнадцать, и он хочет вступить в армию, чтобы вернуть свою любимую родину к ногам короля. Полный бред и неприкрытая ложь! Вот моё мнение об этой поэме. Её надо немедленно запретить в нашей стране! - я замолчал и повернулся к учителю языков, который, судя по его красному лицу явно прибывал в ярости.
- Ты! Вы! - вытолкнул он из себя и, внезапно закрыв глаза глубоко задышал, а заодно, выставив перед собой руку с растопыренной пятернёй, явно, жестом, призывая меня оставаться на месте.
- Великолепно, господин Хухта! - наш классный наставник поднялся со своего стула и отвесил мне небольшой поклон. - Ваш разбор краток и эмоционален. Но всё-таки не сочтите за труд, объясните нам всем про «бред и ложь».
- Господин Кивекас? - я покосился в сторону учителя-предметника, ведь сейчас его урок, а значит он здесь главный.
- Да. Объясните нам, - почти прошептал он, так и не открыв глаза.
- Тогда мне нужна небольшая ваша помощь, господин Фростерус, - обратился я к классному наставнику и, дождавшись его кивка, продолжил. - Господин Фростерус, со скольки лет, у вас сохранились воспоминания о детстве?
- Хм, лет с четырёх, я думаю. А что?
- В поэме мальчик рассказывает о том, что его пятнадцатилетнего отца взяли в армию, и он видел как тот погиб. Мог ли одиннадцатилетний ребёнок стать отцом, и как на это отреагировали бы окружающие?
- Ха! Нет, конечно! Ну, вряд ли, - и он почему-то покосился на своего сына. - Но столь ранний брак невозможен. Ребенка записали бы как незаконнорожденного, а его малолетнего отца сослали бы в колонии по шведским законам. Вот жеж? Я с такой точки зрения никогда не смотрел на эту поэму. Действительно, бред.
- А ещё, они жили в Пори, который был занят русскими войсками за месяц до сражения у Лаппо. Ну и самое главное! Что это за война за независимость Финляндии? Разве герцогство Финляндское было свободным государством, разве оно не входило в состав королевства Швеция?
- Спасибо, господин Хухта, - наконец ожил и Конрад Кивекас. - Я думаю, что мы услышали достаточно, чтобы понять вашу точку зрения. Можете идти на место. Хотя нет. Постойте. А почему вы всё-таки считаете поэму сепаратистской? Из-за вашей любви к Российской империи?
- Почему? - я пожал плечами. - Господин Кивекас, скажите, а в каком году и из-за чего город в котором мы сейчас находимся вошёл в состав княжества?
- Ну, насколько я знаю, Улеаборг и центральная с северной Остроботнии присоединены к нашему княжеству по итогам русско-шведской войны в 1809 году. Согласно Фридрихсгамского мирного договора.
- А если бы победила Швеция и отец того мальчика? Был бы сейчас Улеаборг и губерния в составе Финляндского герцогства?
- Я вас понял, - сухо ответил мужчина. - Можете сесть на своё место.
- Нет! - ответил я отказом, чем ещё больше удивил учителя. - Я всё-таки хочу прояснить для вас и для моих одноклассников причины моей некой любви к Российской империи, как вы выразились.
