— Она пришла сама. Ночью. Просто постучала в окно. Залезла в наш сад и постучала в окно. Мой отец сначала хотел вызвать полицию, но поглядел — она хорошо одета, и драгоценности на ней были — ой-ей. Дура дурой. Мы ее спрятали в подвал. Она твердила, что ее ищут, но к нам ни разу за ней не приходили. И не спрашивал никто. Я на год моложе нее. Она рассказала, что сбежала из Пекина, из дворца. Манеры у нее — и правда как из дворца. Я сразу поняла, что делать. Два года она прожила у нас. Отец ей сказал: научи мою дочь, добавь свои украшения, я тебе достану чип, сможешь с ним уехать куда хочешь. Я сделала пластику под нее. Она научила меня быть ею. Мы так договорились. Потом отец сделал ей чип, и она ушла. А я поехала сюда и открыла салон. Все.
— И ты, конечно, не знаешь, куда она собиралась?
— Она никогда не говорила. Сказала, что у нее есть тут знакомые, и все. А мы не расспрашивали. Оно нам надо?
Как ни странно, я поверила ей. Если бы она поддерживала отношения с Соней, она не превратила бы изысканный салон в пошлый бордель.
— Ладно. Живи. Если еще что вспомнишь — я остановилась в отеле «Созведие», спросишь Деллу Берг.
Я ушла, оставив девицу готовиться к вечернему сеансу. На выходе едва не столкнулась с молодой и очень красивой китаянкой.
И совершенно напрасно не придала значения этой встрече.
Визит в салон утомил меня. Наверное, я еще не привыкла к тому, что изменилась, что больше уже не та девчонка с неиссякаемым запасом энергии, поэтому усталость от каких-то пяти часов работы меня удивляла. Подумав, я решила, что надо принимать себя такой, какая я есть, и легла подремать.
Меня никто не беспокоил. Ни Август, ни Вэнь. Я проснулась в половине десятого вечера, совершенно невыспавшаяся, и первым делом подумала: как там Огги? Это мне радости не прибавило. Хороша мамаша, бросила младенца, а сама тут ерундой какой-то занимаюсь. Еще и голодная. Разумеется, речи не могло быть о том, чтобы куда-то тащиться под дождем, — я заказала ужин в номер. Ограничилась тушеной уткой, паровым рисом и набором соусов и приправ — отдельно! К ним добавила самый дорогой чай, какой отыскала в меню. Ужин доставили через десять минут, я лениво поковыряла утку, поклевала рис — все было поразительно невкусно, — и отодвинула. Вот чай меня не разочаровал.
Столешница мигнула, уведомив, что моей персоной интересуются на ресепшене. Я удивилась, но ответила. Мулатка в форме отеля пропела, что разговора со мной просит некая посетительница. Я удивилась еще больше: свои координаты я оставила только китаянке из салона, но по моим расчетам она «припомнила» бы еще что-нибудь не раньше завтрашнего дня — когда проконсультируется со знакомыми, сколько с меня содрать за лишнюю информацию.
Столешница развернула большой виртуальный монитор. На нем была дивно элегантная китаянка, но — другая. Я вспомнила, что видела ее мельком, в дверях салона. Ого…
— Здравствуйте, — сказала она хорошо поставленным контральто. Такой низкий голос — большая редкость для китаянки. — Меня зовут Ю Линь. Вы Делла Берг?
— Да. Чем могу помочь?
— У меня есть деловой разговор к вам. Полагаю, подниматься к вам в номер будет не очень комфортно. Вас не затруднит спуститься в бар?
Напористая дамочка. Ладно, послушаем.
— Через двадцать минут.
— Я буду ждать вас.
Зевая, я причесалась и подкрасила мордашку, порядком мятую после дневного сна. Надела строгий костюм, удобные туфли.
В бар я вошла ровно через двадцать минут после разговора. Китаянку увидела сразу — она заняла столик напротив входа, у дальней стены. Перед ней стояли бокал виски и пепельница, она задумчиво курила и не замечала недвусмысленных взглядов, какими ее окидывали мужчины.
Я присела сбоку, пролистала меню, заказала фреш из банана и местной пародии на лимон.
— На кого вы работаете? — спросила китаянка. Очень спокойно и хладнокровно.
Я приподняла брови.
— Не притворяйтесь. Я впервые вижу вас, — сказала китаянка. — Но это ничего не значит. Вы представляете чьи-то интересы. Интересы того, кто желал бы остаться в тени, поэтому пригласил чужачку.
Мне подали фреш. Я сделала два глотка. Моя собеседница мало походила на чиновницу или девушку из хорошей семьи. Хотя, конечно, судя по ее виду, она сделала блестящую карьеру. Секретарша местного мафиозо? Или даже леди-босс?
— Госпожа Ю, — сказала я, — вам в любом случае придется иметь дело со мной. Если, конечно, наши интересы пересекаются, в чем я пока не убедилась.
— О, — она отметила мое самообладание, — вы уверены, что это разумно?
— Да. Мои услуги дорого стоят. И я знаю, за что беру деньги.
— Что ж, в конце концов, это не столь важно. Зачем вам салон «Сад Принцессы»?
Я окинула Ю Линь задумчивым взглядом. Интересно, а что будет, если подписать ее на поиски? Дорого ли возьмет? Нет, сначала надо убедиться, что она представляет собой силу. Иначе говоря — что имеет смысл говорить с ней, а не с теми, кто стоит за ней.
