— Нет, — она помотала головой. — Я совершила ужасную глупость сегодня утром… Но поймите, я видела ситуацию совсем не так! Август сказал, что вы гиперответственны и дисциплинированны. Что вы никогда не скажете «нет», если на вас взвалить задачу. А все вокруг только этим и пользуются. И даже за него вы отвечаете. Вы хлопочете над ним, как мать, а ведь у вас свой малыш. И вы просто уже разрываетесь между всеми. Поэтому будет лучше, если часть ваших проблем возьму на себя я. И… леди Берг, простите, но я же вправду думала, что вы только из гордости тянете на себе этот воз. Из гордости и из уверенности, что никто не захочет старательно обучиться тому, что вы умеете. И что сам Август вам надоел, но вы не можете его бросить из-за этого индейского брака. А вы не хотели, он это тоже сказал. Вы хотели быть свободной, но из-за того, что он ошибся, проблему пришлось решать вот так. Вы сделали над собой чудовищное усилие, но справились. И вы так великодушны, что ни разу не упрекнули его, что он связал вас по рукам и ногам.
— Анна, я не собираюсь помогать вам. У меня своих забот полон рот.
— Но что же мне делать?!
— Сядьте на землю и разрыдайтесь.
Она застыла, широко распахнув карие глаза. Опять зависла, как тогда в ресторане. Легко ее ошарашить, но потом она собирается и идет в атаку, это я помню. Упорная девица. Ее бы упорство да в мирных целях…
— Вы шутите?
— Нет, издеваюсь. Спросите у Августа — я всегда издеваюсь. Нравится мне это занятие.
Она потрясла головой.
— Нет, нет… А что будет, если я так сделаю?
— Здесь полно персонала, хотя он приучен не показываться на глаза. Кто-нибудь услышит ваши рыдания, придет и поможет. Правда, с точки зрения персонала, столь бурные эмоции позволяют себе лишь упившиеся в стельку люди, это позорное поведение, а от позора надо беречь. Поэтому вас отведут в вашу комнату, если вам таковая выделена, и уложат спать. Если комнаты вам не выделили, слуги вызовут такси и отправят вас в город.
— Но… Я не знаю. Август ничего не говорил про комнату. Наверное, мы будем ночевать в его комнате, где же еще. А она наверняка заперта…
— Значит, вас отправят в город.
— Даже не спросив Августа?!
— Конечно. За вас придумают вежливое объяснение, мол, вам сделалось нехорошо и вы захотели побыть в одиночестве. Поэтому покинули собрание, а хозяевам велели передать ваши извинения.
— Но ведь я его невеста!
— Да хоть жена.
Я снова пошла к главному корпусу. Анна, помедлив, зашагала рядом.
— Какие странные обычаи.
— Анна, еще раз. Для тупых, — жестко сказала я. — Просвещать вас относительно обычаев семьи и дома, рассказывать байки и семейные тайны — прямая обязанность Августа. Не моя. Понятно?
— Но он все время так сильно занят!
— Тогда у вас два пути. Либо наберитесь терпения, либо найдите себе менее загруженного мужчину. У Августа свободного времени не было никогда.
— Неправда! Когда мы познакомились, он всегда находил его для меня! И так было, пока мы не переехали на Таниру! Ужасное место, зачем он там живет…
«Мы». Хорошо сказано.
— Так подите и скажите это ему.
— Я боюсь, что мы можем… нет, не поссориться, мы слишком сильно любим друг друга и никогда не поссоримся, но просто ему будет неприятно.
— Поэтому вы говорите это мне? Анна, я не понимаю — вы считаете, что это я отбираю его время, которое вы безосновательно считаете своим? Его время, его внимание, каждое его слово, которое могло быть обращено к вам, а обращено ко мне?
— Ну… нет, вы неправильно меня поняли. Леди Берг, я… Я хотела сделать вам предложение. Я очень сочувствую вам, я отлично понимаю, что вам одиноко. Мне говорили, что женщина с младенцем чувствует себя оторванной от мира… Ей тогда почти все равно, с кем болтать, лишь бы не выпадать из общества. А ребенок плачет, накапливается гнев, его срывают на домашних… Давайте, я буду вас развлекать? Не Август, а я? Я веселая, правда. И очень терпеливая. Я даю вам слово, что ни капельки не буду обижаться на ваш гнев или досаду, я ведь понимаю, что не я тому причина, а ваша усталость и одиночество. Хотите, я буду рассказывать вам про китайскую культуру? Вы ведь не смогли доучиться в магистратуре. Наверное, тому были причины, материал ведь чрезвычайно сложный, а вы были в таком интересном положении… Я смогу все рассказать очень доходчиво! Я буду гулять с вами по горам…
Я остановилась и скрестила руки на груди.
— Анна, я с куда большим удовольствием болтала бы с вашим куратором, господином Таном. Я в восторге от его манер и общей культуры. Про вас я такого сказать не могу, увы.
Ее лицо исказилось ужасом, она даже попятилась и руками замахала.
