Она действительно была хороша, хотя и не так красива, как показалось Алену. Обыкновенная лакунская девушка, разве что волосы не черные, а светлые, чуть рыжеватые, да и фигура тоньше, изящней, чем у ее соотечественниц, по-крестьянски крепко скроенных. Но было в ней некое очарование, быть может исчезающее очарование возраста, когда девушка незаметно для себя становится женщиной.
— Сейчас за тобой придут, — сказала она, стараясь скрыть непонятное ей самой волнение.
— Знаю, — ответил Ален спокойно. — Я хорошо знаю ваши порядки.
Он привстал и поморщился от боли.
— Тебе больно? — спросила Мария.
— Похоже, что изрядно побило о камни, — он пощупал колени, — нет, ничего, ноги в порядке.
— Беги! — шепнула Мария.
Ален усмехнулся и поднялся на ноги.
— Не бойся, девочка. Со мной ничего плохого не случится. Мы еще увидимся, — сказал он уверенно и шагнул к выходу.
Но в дверях купальни уже стояли двое плечистых парней в форме сакваларов: белые полотняные рубашки, заправленные в такие же белые бриджи, на шее — автоматы, на левом плече — голубой погон. Ален усмехнулся и поднял руки.
