– Я не тружусь ввязываться в дела, которые меня не касаются, Н'Дек, – проговорил Симон. – Если хочешь идти воевать с Лиссом – флаг тебе в руки. Я тебе мешать не собираюсь. Но мне какое дело? Прости меня, о великий капитан, но я не вижу тут повода торжествовать.
– А Ренессанс? Он для тебя повод торжествовать?
Чтобы ответить на этот вопрос, Симону пришлось крепко задуматься. Было время, когда он разделял мечты Бьяджио о будущем, но и это уже отошло в прошлое.
– Я считаю, что Черный Ренессанс остановить невозможно, потому что за ним стоит Бьяджио. Вот и все. Мое к нему личное отношение роли не играет. Ренессанс вернется в Нар. Этого не предотвратить ни Эрриту, ни даже Богу.
– Чертовски верно, – пророкотал капитан. Его глаза ярко вспыхнули, и Симон понял, что его противник выиграл. Н'Дек откинулся на спинку стула. – Последняя карта, – объявил он. – Пора посмотреть, что там у тебя, шпион.
– Знаешь, ты не ошибся, – заметил Симон. – Меня действительно мало что интересует, Н'Дек. А жаль. Может, когда-нибудь я стану больше похож на тебя.
– Сомневаюсь. Ну же, открывай свои карты.
Симон всегда держал карты одной рукой, расправляя их пальцами. Другая рука весь вечер лежала без дела, только изредка поднося к губам кружку эля. Почти все остальное время она была не на виду. И теперь она очень медленно потянулась к его поясу и извлекла серебряный кинжал.
– Знаешь, по-моему, не так уж важно, что человек делает всю жизнь. Но в конце, когда все позади, он должен поступить так, как нужно. Я хочу сказать, что если всю мою жизнь я буду грабить и убивать, мне это простится, если в конце я сделаю что-то хорошее. Всего один раз, понимаешь?
Н'Деку такая идея показалась безумно смешной.
– О да! – с хохотом согласился он. – Если ты ошибался насчет Бога, то на смертном одре раскаешься?
– Что-то в этом роде, – согласился Симон. Он внимательно наблюдал за Н'Деком. Пальцы его правой руки сжались на рукояти кинжала, а тем временем левая рука разложила карты веером по столу. – Вот что у меня есть, – сказал он. – Ну, как?
При виде карт Симона улыбка капитана стала еще шире.
– Ты проиграл, Даркис, – торжествующе объявил он. – Опять.
Н'Дек собрался выложить на стол свои карты. Время замедлило свой бег. Левая рука Симона стремительно метнулась вперед и прижала руку Н'Дека к крышке стола. Правая рука поднялась вверх и опустила кинжал, пронзив им ладонь капитана и пригвоздив ее к столу. Капитан громко закричал и попытался вскочить. Симон продолжал крепко держать кинжал. Из руки Н'Дека хлынула кровь. Потеряв возможность двигаться, он в ужасе воззрился на Симона. Свободной рукой Рошанн сгреб его за ворот куртки.
– Тихо! – прорычал он. – Заткнись, иначе я перережу тебе глотку!
Н'Дек рыдал, как ребенок, крича от боли и пытаясь освободить руку, однако кинжал прочно пригвоздил ее к столу. Карты быстро намокли от крови. Разбуженная криками капитана, Шани резко села в постели. Симон зажал рукой Н'Деку рот.
– Я не шучу, Н'Дек, – прошипел он. – Закрой свою пасть, или я прорежу тебе вторую от уха до уха. Ты меня понял?
Н'Дек едва мог ответить. Он зажмурился от боли и энергично кивнул.
– Хороший мальчик, – ласково сказал Симон. – Мы же все тут друзья. И знаешь, что ты для меня сделаешь, друг? Ты повернешь свое корыто. Мы поплывем обратно к Лиссу.
Изо рта капитана, который Симон продолжал прикрывать рукой, вырвался невнятный протест. Он вырвался и возмущенно бросил:
– Лисе! Зачем?
Симон глубже вонзил кинжал, чтобы заставить моряка повиноваться. Н'Дек взвыл от боли, умоляя Симона перестать. Он почти плакал и молил о пощаде.
– Ты будешь меня слушать, каракатица несчастная? – спросил Симон.
– Но зачем к Лиссу? – промямлил Н'Дек. Прижимая здоровую руку к раненой, он пытался остановить кровь. – Зачем это?
Стараясь соображать как можно быстрее, Симон сказал первое, что пришло ему в голову.
– Потому что этого хочет Бьяджио, – солгал он. – Я везу девчонку туда.
– За каким чертом?
Симон снова дернул кинжал, заставив капитана взвизгнуть.
– Никаких вопросов! – приказал Симон. – Я – Рошанн. И ты будешь мне повиноваться, Н'Дек. Этот корабль переходит под командование Рошаннов, по моему приказу. Ты будешь делать все, что я тебе скажу. Потому что если ты этого не сделаешь, это корыто повезет тебя на Кроут на твою казнь. А теперь мне нужно, чтобы ты отдал приказ. Мы поворачиваем корабль и идем обратно в Лисе. Сегодня же!
Н'Дек был слишком испуган и оглушен болью, чтобы спорить. Он кивнул.
– Ладно! – простонал он. – Ладно, сумасшедший! Я это сделаю.
Симон улыбнулся:
– Так-то лучше, дружище. Для всех вас. И боюсь, что я не смогу выпустить тебя из этой каюты.
Все так же стремительно Симон выдернул кинжал из стола и приставил его к горлу Н'Дека. Оттолкнув стол в сторону, он схватил капитана за волосы и стянул на пол. Когда Н'Дек оказался плашмя на полу, Симон с силой уперся коленом капитану в позвоночник. Н'Дек взвыл от боли:
– Какого черта ты это делаешь?
– Забочусь о том, чтобы ты никуда не ушел, капитан Н'Дек. Мне придется за тобой присматривать.
