– Майя, тут гостиницу устроили. Причём обеспечение по линии империи, а оплата счетов уходит налево. Тебе будет интересно посмотреть кому именно.
Женщина даже вздрогнула, обнаружив возникший в воздухе силуэт принцессы. Она немного заторможенно осмотрелась и неприлично присвистнула.
– Ничего себе. Это очень удачно мы заехали. Копай дальше. Все что найдешь, ко мне.
– Принято. Я запускаю дознавателей в городскую управу. Теперь у нас есть все основания вывернуть эту богадельню наизнанку.
Принцесса исчезла так же быстро, как и появилась. А Жейран насвистывая, снова принялся листать документы. Пискнул сигнал приёма на браслете старшей воспитательницы.
– Это от меня. – Не поворачивая головы сообщил офицер. Он уже пристраивался прямо на ближайший диван. – Я сбросил вам список. Начинайте сверку и принимайте на баланс детского дома. Думаю, вам стоит вызвать помощь. Со всеми мелочами, будь то недостающий стул или попытка помешать вашей работе со стороны персонала, ко мне.
– Наверно, это все надо передать управе. – Женщина с некоторым сожалением передавала сверенные списки. Спустя пару часов, работа была завершена только на первом этаже. К кладовым в подвалах, как и к трем этажам выше, ещё и не приступали.
– Зачем? – Изумился Жейран.
– Это очень дорогие вещи и мебель, капитан. Ни один бюджет детского дома такое не потянет.
– Метки есть?
– Ставим. – Женщина показала на свою помощницу с прибором в руке.
Жизнь в детском доме давно приучила её к подобному контролю. Специальные невидимые метки исключали возможность незаметного выноса имущества за пределы зоны контроля. Да и отыскивались такие вещи, даже если были спрятаны в подземных городах.
– Вот и отлично. Считайте, что лорд Литэри сделал благое дело и подарил все это вашему детскому дому. Не знаете случайно, он не поклонник Единого?
– Не знаю. – Растерялась женщина.
– Жаль. Впрочем, если даже нет, то станет. – Молодой капитан весело рассмеялся.
Рядом снова возникла заметно утомленная принцесса.
– Ну как? Есть что еще новенькое? У меня есть минут десять. Устроила перерыв в этой болтовне.
Воспитательница вспомнила, наконец, на что было похоже странное поведение голограммы. Для всех, кто сейчас находился рядом с девушкой, она просто молчала, Самое большее, давала односложные ответы в беседе. И одновременно присутствовала здесь в виде голограммы. Необходимость контролировать сразу два места пребывания и вызвала ощущение заторможенности реакции принцессы.
Об этой особенности вживленных браслетов, требующей прямого подключения к нервной системе человека она только слышала. Не по карману такие изыски простым людям. Говорят, не по карману даже большинству из аристократов.
– Да тут все новенькое! – Ответил в полголоса Жейран и весело фыркнул. – Вот только из стандартного комплекта для детских домов практически ничего нет. Местные чиновники тут похоже дом отдыха или гостиницу для своих делали. За счет империи, естественно.
– Отлично. – Принцесса зло улыбнулась..
– Нарываешься на скандал?
Лориана только удивлялась, насколько свободно этот офицер разговаривал с самой принцессой.
– Не будет скандала. Лера ещё в Горном замке говорила, что здесь все не очень вкусно попахивает. Так что или растрата со всеми соответствующими выводами и последствиями, или всех этих лордов внезапно посещает приступ благотворительности и исполнения гражданского долга. Вернувшихся средств как раз хватит на ремонт первого корпуса. Лера уже занимается вопросом питания.
– Она собирается разбираться со съеденными или выкинутыми продуктами?
– Нет. Просто в городе появились благотворители, готовые оплатить доставку питания из ближайших ресторанов, пока не будет налажена доставка нормальных продуктов, приведено в порядок оборудование кухонь и наняты нормальные повара.
– Слушай, а как ты умудрилась слопать целую тарелку этой бурды? – Полюбопытствовал Жейран.
– Не напоминай. – Майя весело поморщилась. – Надо будет тебя как-нибудь посадить на кашку из кулинарного автомата.
Самым ярким подтверждением всех мыслей воспитанников детского дома о принцессе стал приказ старшей воспитательница о переезде.
Оказывается, вся суета и отсутствие половины воспитателей в День Посещения и последующие два дня, объяснялось их занятостью во втором корпусе. Непонятное слово «инвентаризация» мало что объясняло озадаченным детям. Но зато уже на следующий день их допустили в новый дом со строгим указом заходить только в открытые помещения. Впрочем, им никто не собирался позволять праздно шастать по чистым комнатам с новой мебелью.
По выражению воспитателей, переезд- это что-то вроде плановой эвакуации, когда хочется взять со старого места все, а берёшь только то, что можешь унести.
