Время до вечера тянулось невыносимо медленно. Тимоти даже пару раз подходил к настенным часам в приёмной коррехидора и стучал по ним пальцем, ему казалось, что они остановились. Рутинную работ он выполнял отстранённо, задействовав лишь какой-то уголок своего сознания, потому как все остальные его мысли целиком были поглощены госпожой Оритой. Он сожалел о своём стеснении, помешавшем узнать фамилию и адрес чудесной сероглазой девушки, и отчаянно боялся, что она вдруг передумает и не придёт в «Перо феникса». Когда же стрелки переползли, наконец, в нужное положение, возвестившее, что Тимоти Турада свободен, как ветер, он пулей вылетел из коррехидории и помчался к парикмахерскую. Волосы были дважды вымыты, магическим образом обсушены и приведены в идеальный вид. Теперь гладко выбритое приятное лицо адъютанта обрамляли длинные русые пряди с чуточку закручивающимися кончиками. Он пожалел, что так и не решился отрастить бакенбарды, которые придали бы ему импозантности. Отказавшись от щедрой порции одеколона (у него дома был свой, излюбленный, остро пахнущий смесью терпкой заморской древесины и лимонной травы), Тимоти Турада направился домой. По дороге он молил всех богов скопом, чтобы у его папеньки не нашлось некоего срочного дела, к которому он бы приспособил старшего сына на сегодняшний вечер.
Отца дома не оказалось. Видимо, в семейной компании «Турада — перевозки в радость» нашлись неотложные дела. Тимоти ушёл в свою комнату и принялся обдумывать наряд на вечер. Официально-торжественная одежда отпадала, национальный артанский костюм он сразу же задвинул в дальний конец шкафа. Нет уж, увольте меня от насмешек молодёжи в неформальном кафе, — размышлял Тимоти, представив себя в неуместных широченных брюках и хаори с поясом. Он вытащил две модные в зимнем сезоне рубашки и положил их на кровать.
Дверь отворилась безо всякого стука, и на пороге нарисовалась длинновязая девочка в очках — младшая сестра Тимоти — А́ки.
— Куда это мой братик собрался? — вопросила она, устремляясь к рубашкам, — неужели в Кленфилде объявились новые вампиры?
Аки сравнялось одиннадцать лет, она почитала себя практически взрослой и вела себя с братом на равных, совершенно игнорируя тот факт, что Тимоти был старше почти на тринадцать лет, да ещё у неё имелись два средних брата, которые учились в закрытой школе для мальчиков.
— Нахальных девчонок никто не спрашивает, — пафосно воскликнул Тимоти, выразительным жестом указывая на дверь, — малявкам уроки надо делать, а не в спальни взрослых мужчин врываться.
Зелёные с коричневыми вкраплениями глаза смерили Тураду с ног до головы взглядом гробовщика, прикидывающего, какой гроб подойдёт лучше:
— Ты, что ли этот самый взрослый мужчина? Взрослые мужчины не лазают по ночам в Часовой башне с мечом предка, тайком унесённым из оружейной комнаты, и уж, тем паче не останавливают этим самым мечом главные городские часы. Так что, взрослый мужчина, признавайся, куда на сей раз собираешься?
— Не твоего ума дело, — Тимоти подошёл, крепко ухватил сестру за предплечье и потащил к двери, — я, может, по работе собираюсь. Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя в любое время суток функционирует, так что, до свидания, приставучая малявка Аки.
— Ага, — Аки попыталась высвободить руку, — именно ради несения службы в вечернее время ты сходил в парикмахерскую и укоротил волосы!
— Ещё раз повторяю, — выталкивая девчонку вон, проговорил брат с усталыми нотками в голосе, что он перенял у своего начальника, — вам, юная госпожа, не должно быть никакого дела до длины моих волос и намерений на нынешний вечер, — Тимоти с силой задвинул за ней дверь.
— Матушка, — раздался из коридора жалобный голос сестры, — Ти́мми меня в коридор выкинул, словно щенка. А сам куда-то собирается! Да ещё волосы остриг.
— А́кико, — отвечала мать, — оставь Тимми в покое. Ты — уже взрослая девочка, найди себе занятие.
Дальше Тимми не слушал, он надел одну из выбранных рубашек, повязал галстук, ухватил пиджак и поспешил удалиться.
Всё время до назначенного часа он пробродил по Кленфилду с сердцем, бьющимся от предвкушения свидания. Ароматы цветущей акации и сирени кружили голову, и адъютант его сиятельства полковника Окку — Тимоти Турада вынужден был признать, что он безоглядно влюбился в таинственную девушку с серыми глазами и журналом по магических ускользанцев.
Кафе «Перо феникса» он нашёл заранее, и оно его не поразило ровным счётом ничем: обычное кафе не первом этаже четырёхэтажного дома с кричащей вывеской. Не иначе, как нарисованной одним из посетителей, внезапно осознавшим себя художником, после чего начинающий чародей накинул светящихся перьев чудовищной птице с хищным ястребиным клювом и выпученными безумными глазами. Заходила туда в основном молодёжь богемного вида: девушки, одетые на континентальный манер, парни в свободных куртках и банданах на головах. Некоторые из них были с музыкальными инструментами.
