Она замолчала. Ганапати и наместник переглянулись.
В первое мгновение на их лицах было написано полнейшее удивление. Затем радость. Потом, после того как они осознали очевидное препятствие, непонимание.
Пользуясь моментом, Шакунтала снова заговорила:
— Да. Мне потребуется флот. Грузовые корабли. По крайней мере полторы сотни. Лучше двести. Вы обеспечите их вместе с необходимыми средствами для осуществления такой миграции.
Официальные лица Кералы снова начали возмущаться, их голоса наполнили зал. Но Холкар, внимательно наблюдавший за происходящим, почувствовал победу. А когда в самом деле она пришла, даже раньше, чем он предполагал, только порадовался и мысленно похвалил себя, но не удивился. Он был рад. Следуя за своей правительницей по коридорам дворца наместника, назад к поджидающему их эскорту, он с восхищением смотрел на маленькую девушку, широкими шагами идущую впереди него.
«Она меня слушает. Наконец».
Когда они ехали назад к лагерям беженцев, Шакунтала повернулась в седле и посмотрела на Холкара. Она улыбалась.
— Все прошло очень неплохо.
— Я же говорил тебе, что это сработает.
— Да. Да, — пробормотала она. — Теперь вижу: я должна внимательнее прислушиваться к тому, что говорит мой советник.
Холкар не упустил хитрую улыбку.
— Нахальный ребенок, — проворчал он.
— Нахальный? — переспросила она. — И это говоришь ты? Подожди, пока правитель Тамрапарни не обнаружит, что обещал мне помочь в войне против малва! И руку своего сына!
— У него есть сын, — с достоинством ответил Холкар. — На самом деле даже несколько. И я не сомневаюсь, что он бы уже предложил тебе руку одного из них, если бы внимательно слушал своих советников.
Шакунтала рассмеялась.
— Ты неисправимый мастер интриги, Дададжи!
— Я? Да вы и сами, Ваше Величество, в этом неплохо преуспели.
Холкар улыбнулся ей.
— Хотя и случается, что ты просто ошеломляешь меня или приводишь в оцепенение своей смелостью. Я думал, ты сошла с ума, когда приказала Рао…
— Я же говорила тебе, что Рим сразу же присоединится к Персии, — заявила императрица. Удовлетворение на лице девушки было очевидным. Нечасто случалось, чтобы девятнадцатилетняя императрица оказалась права в споре с хитрым, опытным пешвой средних лет. — И я говорила тебе, что армию поведет сам Велисарий.
— Да, говорила, — согласился Холкар. — Именно поэтому ты отвергла мои возражения по поводу сумасшедшей идеи незамедлительно взять Деогхар. Я думал, следует подождать, пока мы не будем уверены, что Велисарий и римляне уже ввязались в войну.
Вся веселость исчезла с лица Шакунталы.
— У меня не было выбора, Дададжи, — прошептала она. — Ты присутствовал, когда курьер от Рао рассказывал нам про те ужасы, которые вытворяет Венандакатра в Махараштре. Этот зверь убивает по десять деревенских жителей за каждого своего солдата, убитого во время набегов Рао. — Лицо Холкара вытянулось.
— Венандакатра убьет значительно больше людей в отместку за Деогхар.
Императрица покачала головой.
— Думаю, тут ты не прав, Дададжи. Сейчас крупнейший город в Фасной Махараштре находится в наших руках. И у Венандакатры нет выбора. Его собственное положение будет зависеть от того, может ли он снова взять Деогхар. Иначе неизвестно, что сделает с ним император малва. У него нет такой большой армии, чтобы держать осаду Деогхара — ты сам знаешь, насколько хорошо укреплен город, это же настоящая крепость — и одновременно отправлять свою конницу совершать набеги на мирных жителей, обитающих на Деканском плоскогорье. И он не может попросить помощи у императора Шандагупты. Ты знаешь не хуже меня: малва уже давно давят на него, чтобы отправил войска на персидский фронт. Теперь в войну включился Рим с Велисарием во главе, поэтому малва совершенно определенно не пошлют Венандакатре дополнительные силы.
Она снова покачала головой.
— Нет, я в этом также права. Я уверена в этом. Давление на простых жителей из народности маратхи ослабнет, пока Подлый занят с Деогхаром. А он должен сконцентрировать все усилия на городе.
— А если он возьмет Деогхар? — спросил Холкар. — Что тогда? А что, если малва быстро разобьют и персов, и римлян?
Шакунтала рассмеялась.
— Быстро? Когда римлян ведет Велисарий? — Холкар улыбнулся.
— Признаю: подобное маловероятно. — Потом внимательно посмотрел на Шакунталу и прищурился. — Ты ведь на это рассчитываешь?
Она кивнула. Уверенно, серьезно.
— В противном случае я никогда бы не приказала Рао взять Деогхар.
Теперь она не смотрела на советника, как нахальный ребенок. Теперь она смотрела, как старая умудренная опытом женщина, просчитывающая все свои шаги.
— Он использует нас, как ты понимаешь. Я имею в виду Bелисария. Именно поэтому он освободил меня из рабства и отдал мне большую часть сокровищ, которые украл у малва. Чтобы начать восстание у них в арьергарде, ослабляя и изматывая силы, которые в противном случае были бы посланы против него.
Дададжи кивнул.
— Да, это его образ мыслей. — Он внимательно изучал ее лицо. — Но тебя это не возмущает, — заметил он.
Императрица пожала плечами.
