— Если в этой несчастной местности и есть одна капля воды, то ее запасла для себя семья полевых мышей, — проворчал Васудева. — Причем небольшая семья.
Он вспомнил о том, что его печалит.
— Так по крайней мере мне кажется, — добавил он кисло. — Но я слеп, как летучая мышь, из-за этого чертова, глупого варварского шлема. Возможно, где-то внизу и есть река, а то и большое озеро!
Он склонил голову набок.
— Маврикий?
Фракийский катафракт мрачно покачал головой.
— Ни капли, как ты и сказал. — Он сам обвинительно показал пальцем. — Внизу практически нет растительности, если не считать нескольких дубов тут и там.
Маврикий какое-то время осматривал окружающие их горы.
Склоны покрывал тонкий слой снега, но эти места все равно казались привлекательнее, чем внизу. Как и по всей горной системе Загрос, местность была густо покрыта дубами и можжевельником. Дождь, выпавший на Загрос, даже вызвал определенное буйство растительности в многочисленных маленьких долинах. Там при помощи ирригации персы могли выращивать пшеницу, ячмень, виноград, абрикосы, персики и фисташки.
Он вздохнул и снова посмотрел на сухое, безводное плато.
— Весь дождь остается в горах, — пробормотал Маврикий. — А там внизу… — он снова вздохнул. — Ничего, кроме…
Наконец он заметил это.
Велисарий улыбнулся. Зрение Велисария усиливалось при помощи Эйда. Он уже давно увидел то, что только сейчас заметил Маврикий.
— Я думаю, там оазис! — весело воскликнул полководец. Васудева проследил за направлением взглядов товарищей. Когда он заметил небольшое зеленое пятно, глаза его округлились.
— Это? — подавился он. — Ты называешь это оазисом? — Велисарий пожал плечами.
— На самом деле это не оазис. Я думаю, это одно из мест, где персы прокопали спуск к своим подземным каналам. То, что они называют кванатами.
Стук копыт позади заставил их обернуться. Двое телохранителей Велисария, Анастасий и Валентин, наконец добрались до горного перевала. Они отстали, потому что Валентину пришлось вынимать камушек из копыта коня.
Велисарий снова повернулся и показал пальцем на «оазис».
— Я хочу его обследовать, — объявил он. — Думаю, мы сможем туда добраться до полудня.
Тут же послышались возражения.
— Это плохая идея, — заявил Маврикий.
— Идиотская идея сумасшедшего, — согласился Васудева.
— Нас только пятеро, — поддержал их Валентин.
— Остальная часть армии все еще в дне пути позади, — добавил Анастасий. Огромный катафракт, обычно спокойный и философски настроенный, тоже гневно посмотрел на полководца, как и остальные его товарищи. — Не нужна нам эта твоя так называемая «личная рекогносцировка», — пророкотал Анастасий. — И так достаточно.
Огромная рука обвела окружающие их горы. Палец толщиной с сосиску обвиняющим жестом показал на плато внизу.
— Кто, черт побери, знает, что там может скрываться? — спросил Анастасий. — Это так называемое плато почти так же изрезано как эти горы. В любом месте может прятаться вся конница малва!
— Вся армия, — прошипел Валентин. — Не только конница. Думаю, нам надо убираться отсюда. Я определенно считаю, что вниз нам спускаться не следует…
Велисарий откашлялся.
— Не припомню, чтобы я созывал совет, — спокойно заметил он. Его товарищи нахмурились, но замолчали.
Мгновение спустя Маврикий заговорил спокойным тоном.
— Ты намерен спускаться вниз, парень?
— Да, Маврикий, намерен, — кивнул Велисарий. — Я думал об этих кванатах с тех пор, как Баресманас и Куруш описали их мне. На самом деле я серьезно на них рассчитываю.
Он показал на участок зелени.
— Но это все только размышления, пока я сам лично не исследую хотя бы один. Это моя первая возможность, и я не собираюсь ее упускать.
Показав себя начальником, Велисарий на мгновение смягчился. Его ветеранам полагалось объяснение, а не просто приказ.
— Кроме того, я не думаю, что нам пока стоит беспокоиться о встрече с кем-то из войска Дамодары. Битва, когда они взяли Каспийские Ворота, была кровавой и жестокой. Скорее всего, Дамодара просто оставил какие-то силы охранять Каспийские Ворота, в то время как отвел основную часть армии на зиму в Дамгхан. К этому времени они уже переукомплектовались и восстановили силы. Вероятно, они даже снова прошли сквозь Ворота, может даже добрались до Ахмадана в провинции Мах — но оттуда досюда все равно почти пятьдесят миль.
Васудева откашлялся.
— Твоя оценка основывается на отчетах шпионов или… — Велисарий улыбнулся.
— На старой доброй греческой логике, Васудева.
Больше никто ничего не сказал. Но выражения на лицах фракийцев и кушана говорили многое относительно их мнения о «старой доброй греческой логике». Даже Анастасий, увлекающийся греческой философией, сурово хмурился.
Велисарий тронулся с места и поехал вниз по тропе. Подчиненные молча последовали за ним.
То есть более или менее молча. Конечно, Валентин бормотал себе под нос. Велисарий не стал просить перевода. Он не сомневался: каждая фраза состоит из одной матерщины.
На полпути вниз по склону другой голос выразил протест. «Это плохая затея», — пришла мысль от Эйда.
