Надо торопиться. Требовалось выяснить, где накрыты столы, и Рита молилась, чтобы зелья хватило на всех. Дело обстояло бы лучше, если бы руководство Мариинки догадалось проставить имена приглашенных на карточках, указывающих места при посадке, но это ведь в конце концов не прием в Букингемском дворце, а всего лишь небольшая вечеринка для ограниченного круга людей.
– Привет, подруга! – весело поприветствовала ее Варвара, выныривая из-за колонны.
– И ты здесь?
– А как же? Не пропускаю ни одного приличного сборища, а это как раз оно и есть – приличное сборище людей, среди которых не грех и покрутиться. В соседнем помещении организовали банкет…
– Пошли!
– Прямо сейчас? – вскинула брови Варя. – Ты так проголодалась?
– Мне
– Ладно, ладно, пошли. Там вроде бы не заперто. Непредусмотрительно: вдруг кто-то захочет кого-то отравить?
И Варька тихо хихикнула. Знала бы она, как близка к истине!
Дверь хоть и была закрыта, но никем не охранялась. Рита тихонько приоткрыла ее и воровато огляделась: никого. Варвара скользнула следом.
– Знаешь, – сказа Рита виноватым тоном, – лучше бы тебе не видеть…
– Чего не ви… Постой-постой, ты ведь не..?
Рита сглотнула и кивнула.
– Ой, мамочки! – прошептала Варвара, прикрывая рот рукой. – А как мы узнаем, где сидит Ольга?
– А никак.
– Ты хочешь подлить зелье во
– Если есть другой выход, говори быстрее, потому что времени мало!
– Другой выход? А что, если они коньки отбросят? Ну, ладно, одна Ольга – она-то сама во всем виновата, но остальные?
– Не отбросят.
– Почему ты так уверена?
– На себе проверяла. Дважды. Как видишь, пока жива!
– Когда? В смысле, когда ты приняла в первый раз?
– На следующий день, как сварила. Потом – еще через неделю. Уже месяц прошел – никакого эффекта.
– Ну, ладно, – вздохнула Варька. – Я помогу, будет быстрее!
Рита достала из сумочки бутылку и отлила половину в бокал, чтобы Варвара, двигаясь вдоль стола с другой стороны, тоже могла подливать зелье. Несколько капель волшебного напитка невозможно заметить на дне чисто вымытой посуды!
Подруги едва успели закончить свое темное дело, когда двери распахнулись. Застыв на месте, они поймали на себе удивленный взгляд метрдотеля, впускающего гостей внутрь.
– Господи, – пробормотала Варька, – он наверняка подумал, что мы пришли пожрать на халяву и не смогли потерпеть даже полчаса!
Все расселись, и последовала длинная череда речей. Вот почему Рита терпеть не могла подобные мероприятия: в них столько официоза, что забывается повод, по которому люди собрались. Слово по очереди брали режиссер-постановщик, художественный руководитель постановки, управляющий делами, заместитель исполнительного директора, начальник отдела спонсорства… Рите стало казаться, что этот кошмар никогда не закончится. Гости вожделенно косились в сторону еды и напитков, которые разносили официанты.
Оглядывая сидящих, Рита не заметила среди них Горенштейна. Странно, ведь он – основной спонсор «Нибелунга», так почему проигнорировал праздник? Затем она взглянула на Байрамова, увлеченно беседующего с соседкой справа. Кто бы мог подумать – это оказалась Ольга! Она что, одна явилась, без сопровождающего? Но ведь это не означает, что Ольга может вот так запросто оккупировать чужого кавалера! Ее голова склонилась совсем близко к Игорю, почти касаясь его плеча. Поведение Ольги беспокоит – она ведет себя так, словно не принимает Риту в расчет! Наверняка эта баба считает, что Байрамов у нее в кармане.
Едва сдерживаясь, Рита наблюдала, как Ольга отпила из бокала шампанское.
«Ну, держись! – подумала она злорадно. – Ни в чем себе не отказывай, поглядим, что будет!»
Рита поймала обеспокоенный взгляд Вари и кивнула ей, показывая, что все идет по плану. По правде сказать, сама Рита вовсе не испытывала такой уж уверенности. Она только что подлила людям какую-то бурду в бокалы. Кто знает, может, зелье кому-то противопоказано? Может, кто-то болен или у кого-то непереносимость компонентов? Доза ничтожно мала, но все же Риту потряхивало.
Наконец, все слова были сказаны. Последний оратор поздравил присутствующих дам с наступающим праздником, и всех их обнесли искусно составленными букетами экзотических цветов. Алина получила целых два – такой же, как у всех, и большой, в плетеной корзине. Рита решила, что это справедливо, ведь именно Каюрова являлась центром праздника. Однако реакция Алины показалась ей странной. Только что певица смеялась шуткам Геннадия, сидящего по правую руку от нее, но внезапно ее лицо побелело. Она что-то сказала молодому тенору, но Рита не могла слышать ее слов. Туполев взял корзину из рук певицы и, поднявшись, выскочил из зала, словно это была бомба.
– Мне надо выйти, – бросила Рита Игорю и последовала за Геннадием.
Оказавшись снаружи, она увидела его. Перевернутая корзина валялась у ног тенора.
– Гена, что случилось?
Он вздрогнул и обернулся.
– Что произошло? – повторила Рита.
Губы Геннадия шевельнулись, но он не произнес ни звука. Вместо этого Геннадий протянул Рите открытку. Рука его дрожала.
