Я дала ему время немного успокоиться и начала осторожно задавать вопросы. Если опустить все эмоции и мелочи, на данный момент мои финансовые дела выглядели так: мне принадлежал город Вельфорд, который располагался сразу за стенами замка. И ещё маленькая деревушки под названием Дубровка.Налоги с города собирались не слишком легко, но серьёзная проблема была в том, что баронство должно было казне изрядную сумму, так как по требованию баронессы-матери из собранных денег Софи оплачивала: отопление всего замка, еду и одежду не только матери и сестры, но и всей прислуги, содержание четвёрки дорогущих эрийских коней, которых впрягали баронессе в карету и, в том числе саму карету, на которой почти каждый год баронесса требовала обновлять позолоту. Кроме того, содержание почти сорока солдат, двух капралов и капитана замковой охраны тоже влетало в копеечку.
- Охрана необходима, кто бы спорил! Но требования баронессы просто разорительны. Парадные мундиры обошлись в целое состояние, а вы, госпожа Софи, в прошлом году лично повелели мне выдать на это средства...
Насколько я поняла, мать Софи согласилась на её брак с баронетом Эттингеном, третьим сыном небогатой семьи только потому, что баронет обязался сразу после свадьбы продать последнее село из приданого жены, отремонтировать замок и переписать на вдовствующую баронессу половину Вельфорда.
- Это же не брачный договор, а чистое разорение! – Мэтр Маттео слегка горячился и его покрасневшее лицо лучше всего говорило насколько болезненно он переживает медленное разорение баронства. – Иметь такие долги, и тратить деньги на пряности и новые платья для бала – прямой путь в нищету!
- Мэтр Маттео, подскажите, а что я могу сделать?
Мэтр тяжело запыхтел и неохотно признался:
- Почти ничего, госпожа Софи. К величайшему моему сожалению. Почти ничего…
- Я могу отказать матери выделить деньги на пряности и платье для сестры?
Мэтр несколько растерянно посмотрел на меня, неуверенно пожал плечами и пробормотал:
- Так-то, конечно можете… Только ведь баронесса от вас не отстанет…
- А чем ещё может мне навредить госпожа баронесса? – прямо спросила я.
От окна где сидела Матильда, раздался странный звук. Я невольно перевела взгляд туда, и увидела, что служанка испуганно прикрывает рот рукой, бросив своё вязание. Мэтра Маттео я вскоре отпустила, уяснив для себя ещё несколько важных вещей.
Похоже, мой вопрос изрядно удивил мэтра Маттео. Некоторое время он размышлял, что-то там прикидывая мысленно, а потом, легко пожав плечами, с некоторым даже недоумением ответил:
- Так ведь, госпожа Софи… Брачный договор уже подписан, мужа вам госпожа баронесса выбрала какого хотела и больше, до самой свадьбы, сделать она ничего не может. Только ведь и жизни спокойной она вам не даст, вы же понимаете!
- Чем конкретно может навредить, мэтр Маттео? Я имею в виде не истерики или скандалы. Может ли она устроить мне что-то серьёзное?
- А то вы не знаете, как скандалит баронесса! Конечно, может еще вас на хлеб и воду посадить… Но перед свадьбой вряд ли это делать станет. Все же ожидается пир, и гости приедут, а если невеста будет плохо выглядеть… Ну, тут сами понимаете – сплетни пойдут, – он ещё некоторое время помолчал, а потом осторожно добавил: – Только ведь вы, госпожа Софи, воевать-то с ней не сможете. И батюшка ваш, земля ему пухом, характер мягкий имел, да и вы никогда перечить не осмеливались.
- Раньше…
- Что, простите? – он вопросительно уставился на меня.
- Раньше перечить не осмеливалась, – пояснила я управляющему.
- Ах, вот оно что! – он посмотрел на меня с сомнением и промолчал.
- Я очень благодарна вам, мэтр Маттео, за подробные объяснения. Вы можете идти, но, надеюсь, если мне понадобятся в дальнейшем советы, то вы не откажете.
- Так это… А деньги то на пряности и платье?..
- А денег никаких не нужно. Вы мне лучше подскажите, кроме самого замка на территории города есть ли какие-нибудь пустые строения, где я могла бы пожить некоторое время?
На вздох Матильды, раздавшийся от окна, я уже даже внимания не обратила.
Во мне закипала даже не злость, а какая-то дикая ярость при одной мысли о том, насколько по-свински ведёт себя мать с младшей дочерью. Каким-то странным образом на нынешнюю ситуацию накладывался опыт прошлой жизни, когда моя собственная мама защитила меня от пьющего мужа. Когда она вытолкала его за ворота и пригрозила вызвать милицию. Когда она просто не подпускала это воняющее перегаром существо ко мне и новорожденной внучке. Мама тогда вела себя как тигрица, защищающая детёныша. А ведь она всегда была мягким и спокойным человеком, я даже не подозревала что она может так...
Я и маленькая Светланка жили под маминым крылом как в убежище. Я многому научилась у неё тогда, но применять эти знания в прошлом мне не пришлось: дочка росла быстро и сама по себе оказалась бойцом по жизни, там она и не нуждалась в моей защите.