Далеко внизу, на дне озера, сияло огнями огромное сооружение. Оно напоминало гигантскую монтажную плату, которая внезапно ожила.
Нагромождение стеклянных купольных камер связывали прозрачные туннели. Более темные пятна были помещениями со стальными стенами.
И ясно, для чего она предназначена: разве можно придумать лучший способ изолировать и сохранить в тайне работу над опасным видом насекомых?
Тем не менее не лаборатория была основным источником слепящего света. Яркий широкий луч исходил от батискафа, плывущего прямо к захваченной в ловушку группе.
Обогнать подводный аппарат Грей не мог, поэтому просто собрал остальных. Они были растеряны и напуганы – все, кроме Ковальски, который подплыл угрюмо и безропотно.
Грей жестом показал, что нужно подниматься на поверхность.
Но и там зажглись огни, постепенно приближаясь с западного берега. Под водой разнесся приглушенный рокот двигателей.
Поднявшись на поверхность, Грей снял маску, остальные последовали его примеру. Борта трех понтонных лодок ощетинились штурмовыми винтовками, внутри виднелись какие-то тени. Что ж, раз не пристрелили сразу, значит, хозяева острова сперва намерены узнать, кто к ним вторгся.
Однако для допроса, похоже, понадобились не все.
С северо-запада донесся громкий взрыв. В темное небо поднялся огненный столб. Ковальски хмуро смотрел на вспышку; подобно Грею, он хорошо знал, что взорвалось.
Катамаран.
Радуясь, что Палу этого не видит, Грей смотрел на темное озеро, гадая, куда могли подеваться Сейхан и гаваец. Раньше его тревожило их исчезновение; теперь оно внушало надежду.
Его внимание привлекло движение внизу.
Источник света на глубине сместился, пошел в сторону: батискаф отплывал. Но, вместо того чтобы вернуться на свое ложе, он двинулся к кладбищу японских самолетов, беря то вправо, то влево, как будто высматривая что-то.
Грей отчаянно надеялся, что Сейхан и Палу хорошо спрятались – ведь темные воды теперь рассекала светящаяся акула.
Японский бомбардировщик при падении развалился на две части. Прижав руки и ноги к фюзеляжу, Сейхан держалась спиной к кабине, где на сгнивших ремнях повис скелет пилота.
Название озера – «колодец смерти» – оказалось для пилота вполне справедливым.
В двухметровый зазор открытой воды, отделявший ее от хвостовой части самолета, с трудом втиснулась темная масса – Палу. В темноте можно было лишь догадываться, какое у него напряженное выражение лица.
Отстав от группы, они вошли в зону подводного кладбища. Точнее, Сейхан отстала, а гаваец остался, держался рядом, вероятно, по приказу Грея.
«Скуба Джет» Сейхан никак не желал переходить на высокую передачу, и ей приходилось грести самой, чтобы не отставать от других. В обычной ситуации это не представляло бы трудностей. Увы, ее ситуация была далеко не обычной. Даже сейчас мышцы кромсало острыми ножами. Прижимая ладони к фюзеляжу, она чувствовала, как дрожат руки. Каждая клеточка на спине горела.
Вспомнив обучение в Гильдии, Сейхан успокоила разум, запирая боль меж холодных стен. Ей объясняли, что боль – это система раннего оповещения, а не обязательно травма или выход из строя. Все болело и горело, но она чувствовала, что силы еще есть.
И только это имело значение, потому что Грей и остальные попали в беду.
Когда они с Палу пересекали кладбище, мир впереди безмолвно взорвался похожим на гриб облаком света. Очки усилили пламя, и Сейхан на миг ослепла. Однако она не стала снимать очки и инстинктивно двинулась в тень, где провела большую часть жизни. Она искала укрытие и тянула Палу за собой, пока не наткнулась на расколотый самолет на дне озера.
Им очень повезло вовремя его найти. Едва Сейхан припала к фюзеляжу, как из глубин поднялся двухместный батискаф. И в его ярком свете она увидела темные пятнышки, ринувшиеся вверх.
А на крыше этого водного мира сразу появились яркие лодки. Убедившись, что добыча в ловушке, батискаф развернулся к подводному кладбищу и начал шарить лучом прожектора.
Так или иначе, им не убежать.
Когда противник вошел на кладбище, Сейхан его рассмотрела. Да, действительно батискаф, так называемого открытого типа: люди в нем были в полном подводном снаряжении. Лексановый козырек закрывал переднюю часть аппарата; под ним за штурвалом сидел оператор управления, а позади – скрестивший ноги пассажир. Он вцепился в ручки на дне этих подводных саней, низко опустив голову.
Многие военные использовали такие батискафы, чтобы переправлять диверсантов на территорию противника. Очевидно, этот был предназначен для аналогичной цели, особенно учитывая, что Сейхан разглядела ружье для подводной охоты за спиной у пассажира.
