Венеция. Прекрасный город полностью

Государство надзирало над всеми церковными делами, включая содержание проповедей и отправление обрядов. Епископы назначались Сенатом. Епископы никогда не ставили эту процедуру под сомнение, поскольку все они происходили из патрицианских семей. Здание церкви нельзя было построить без одобрения властей. В официальных документах любого времени можно прочесть: «наша епархия Градо» или «наши епископы из Оливоло». Существовала и такая вещь, как государственная теология. Она запечатлена на стенах Дворца дожей. У государства была своя литургия, отличавшаяся от общепринятой, с текстами, особо прославлявшими Святого Марка. Следовательно, и ересь в первую очередь рассматривалась как преступление против государства. Высказывалось предположение, что венецианская Церковь испытала на себе влияние византийской государственной Церкви, рассматривавшей религию как один из аспектов надлежащего правления, однако в основе подобных взглядов также лежали исторический опыт и особое положение города. Он не был частью итальянского материка. Он создал свои институты ab novo и отказывался подчиняться любой внешней власти.

Венецианская религия была весьма могущественной и эффективной смесью суеверий и здравого смысла. Когда в 1399 году ревностные прозелиты, названные за белые одежды Bianchi, появились в Венеции, им было запрещено прилюдно молиться или устраивать шествия. На пороге нового века они распространяли учение о конце света. Когда одна такая группа попыталась пройти на площадь Святого Марка перед собором Санти-Джованни э Паоло, их там уже ждали представители Совета десяти. Они вырвали крест из рук возглавлявшего процессию, разломали и бросили обломки в остальных. Согласно хронике, участники процессии разразились оскорблениями и проклятиями. Вот как венецианские власти обращались с представлявшим угрозу меньшинством. Они не терпели инакомыслия и беспорядков, даже религиозных.

Однако Венеция терпимо относилась к тем, кто не представлял угрозы. В XVI веке, в эпоху религиозных нововведений, власти не противились присутствию студентов-протестантов в университете Падуи. Венеция стала пристанищем европейских реформаторов, бежавших из северных стран. Город всегда был открыт для путешественников и купцов со всех концов мира. У него не возникало проблем с чужеземными верованиями. Он поддерживал тесные торговые связи с еретическими государствами, такими как Англия и Нидерланды. На первом месте была коммерция. Венеция должна была оставаться открытым портом. Немецкие купцы, жившие в центре города, были лютеранами. Это никого не волновало. Сэр I Генри Уоттон был уверен, что город может присоединиться к реформистским государствам. Он принимал желаемое за действительное. Венеция с подозрением относилась к папству, но никогда не переставала верить в Деву Марию и святых. Это было немыслимо. Разумеется, венецианцы хотели бы реформировать Католическую церковь. Реформировать так, чтобы навсегда избавиться от Папы.

Так или иначе, венецианцы были очень набожны. Они демонстрировали то, что Даниэль Дефо назвал «чудовищно глупым фанатизмом». В более мягких выражениях Филипп де Коммин написал: «Я верю, Бог благословит их за то почтение, которые они выказывают во время церковной службы». В Венеции было более сотни церквей. На всех углах виднелись статуи и изображения Мадонны и святых. Храмы были полны молящимися. В городе устраивались бесконечные шествия, каждое с особым ритуалом: в праздник Тела Господня во главе процессии шли рядом сенатор и бедняк, а их путь усыпали розовыми лепестками; в Страстную пятницу перед большими домами зажигали лампады, факелы и свечи; в Вербное воскресенье перед базиликой выпускали сотни голубей; на Пасху дож возглавлял процессию в монастырь Сан-Дзаккария. Каждая церемония преследовала свою социальную и религиозную цель. В авторитарных обществах очень развита культура общественных шествий.

Эффи Рёскин заметила, что простые венецианцы «кажется, не верят ни во что, но полны привычных предрассудков». Возможно, это лучшее определение венецианской набожности. Когда некий англичанин, посетив венецианскую церковь, не опустился на колени при вознесении даров, венецианский сенатор сделал ему выговор. Англичанин сказал, что не согласен с учением Реального присутствия, на что венецианец ответил: «Я тоже. Но встань на колени, как это делаю я, или выйди из храма». Набожность народа была нерушимым оплотом государства.

Использование икон и реликвий означает, что набожность соединяла всех граждан узами благочестия. Останки Святого Марка оберегали всех венецианцев. Но в городе хранились и другие священные реликвии, которые можно было увидеть и потрогать. По последним подсчетам, в Венеции хранились мощи более чем пятидесяти святых. Они считались главной защитой города без стен. В одном из монастырей находились мощи двенадцати святых. Как ни странно, святых хватало на всех.