Андо не спал. Скорее, он витал где-то между сном и явью - слишком много всего, слишком много… Это и смятение Дэвида, которое так хотелось и так трудно было унять, и голоса, мысли, переживания всех тех, кто здесь, рядом, за этими ничего не значащими переборками. Отпускающие, утекающие из мыслей страх и напряжение, сменяющиеся осмыслением, вопросами, возрождающейся надеждой. Хаотические метания повреждённого сознания, всё ещё запертого в той залитой кровью комнате. Недолгая тёмная вспышка, пронзившая сознание Андо, словно мучительный электроразряд - и тут же угасшая. Он ринулся было вслед этой вспышке - за уже знакомым тёмным контуром, ведь на поле брани он убил коня, но не всадника… И остановился. Что-то ещё. За всем этим есть что-то ещё. Враг, как это ни немыслимо, более сильный, более страшный. Враг, умеющий быть почти невидимым, ускользающий, как туман. Где-то там, за мечтами о скорой встрече и воспоминаниями о прощании, за калейдоскопом картин пережитого и скорбью о тех, кому пережить не удалось. Он, меняя лики, скользит, он понимает, что может попасть в прицел, и ускользает за пол-мгновения… Но если решительно, неутомимо идти по его следу, всё же удастся приколоть его серый хвост сверкающей белой иглой…
Дверь с шумом отъехала. Андо подскочил и сел на кушетке. Вернее, попытался сесть… Минбарские кровати как-то не очень это позволяют.
– Извиняюсь, побеспокоить не хотела. То есть, вообще-то я собиралась постучать… Кто ж знал, что эти двери распахиваются при приближении сами? Странное тут представление о личном пространстве, видимо, экипажу тут совсем стесняться нечего.
– Нет, ты не побеспокоила меня…
– Виргиния. Виргиния Ханниривер. А ты… Анта, верно? Это какое-то извращение над именем Антонио или Анатоль?
– Г’Андо, вообще-то. Или Андо Александер.
Девушка прошла на середину крохотной каюты, и, закономерно не найдя никакой поверхности, чтоб присесть, села прямо на пол по-турецки.
– Вот как… Интересный у тебя акцент. Но, в общем-то, этот будоражащий вопрос сейчас совсем не главный. Я пришла к тебе потому, что… Ну, главным образом потому, что ты спас наши задницы, но дело не только в огромной благодарности. Твоя сила… Я до сих пор думала, что П12 - это потолок, а оказывается - это так, уровень подоконника. Ты ведь уничтожил эту дрянь. При этом не уничтожив Алана… Может, конечно, это и не уровень бога, но что-то вроде этого. Поэтому я решила поговорить именно с тобой. Ты, может, не слышал, но у нас тут небольшая заминка в пути выходит… И я не знаю, что думать, плохо это или хорошо. Видишь ли… Артефакт уничтожен, что не может не радовать, но остался вопрос, кто притащил его на корабль. Мне почему-то кажется, что это не Алан… Хотя и нет у меня железобетонных оснований так считать.
Андо, оставивший попытки превозмочь законы физики и усесться на платформу, не съезжая с неё, сел тоже на пол у подножия платформы и посмотрел на девушку с растущим интересом.
– Почему?
– Не знаю, честно. Вот если логически подумать… То, что Алан так отчаянно боролся с ним, ещё не говорит прямо в его пользу - может, это его тёмная сторона всё это задумала, а он сам вообще ничего не знал? И что миссис Сандерсон была в таком ужасе - ей бы тёмная личность тем более не сказала… Правда, тут вот правильно заметил Андрес - ну зачем, зачем было улетать с Земли, если потом обратно туда разворачиваться? И если это так - то получается, действительно, что всё пошло не по плану. Что кто-то другой вёз артефакт для своих непонятных целей, а Алан с этим своим теняцким следом спутал ему все карты. И тут рождается два серьёзных вопроса… Первое - понимал ли тот, кто пронёс это на корабль, что он везёт, или он был просто курьером, которого попросили доставить нечто с Земли на Минбар… И второе - кто он и где он сейчас… Был ли он среди тех, кто спасся в капсулах, или среди тех, кто остался, и сейчас среди нас… И вот ещё какой момент. Там, на корабле, когда Алан был соединён с этим артефактом… Он смог ненадолго взять контроль, и попросил меня добраться до багажного отделения, найти его лекарства. Когда я попала туда, я увидела, что все бирки со всех чемоданов сорваны. Понимаешь, что это значит? Немыслимо, чтоб они все разом отлетели сами собой. Кто-то их сорвал. Можно предположить - что это сделал сам Алан, точнее, его тёмная сторона, с помощью всех этих щупалец, чтоб помешать найти его багаж и эти лекарства, которые могут помочь ему справиться… А может - это сделал тот, кто пронёс артефакт на корабль, чтобы не опознали по чемодану, в котором этот артефакт был, не вычислили его… И может быть, мне для самоуспокоения хотелось бы подумать, что это кто-то из погибших… Но ремонтники не держали бы свои вещи среди багажа пассажиров, а те, кого нашли в отсеке с капсулами, были отрезаны от багажного отделения очень давно, проникнуть туда можно было только в недолгие моменты, когда Алан брал верх над этой дрянью… Жаль, что я в это время была сосредоточена на нём, и не замечала, кто и где находился…
– Но ведь вы были все вместе там в салоне, разве нет?
Виргиния вздохнула.
