Венок усадьбам полностью

Особенно памятна голубая гостиная с крашеной мебелью XVIII века, с картинами старых мастеров и изящной росписью стен в синих тонах; продолжая анфиладу — коричневая гостиная с фамильными портретами, где во фресковых десюдепортах* (*[франц. dessus de porte] — панно (картина или барельеф), расположенное над дверью.) изображены были корзины с цветами. Дальше угловая, в розовых и палевых тонах дерева, обивки и бронзы. В одной из комнат висела чудесная воздушная акварель — портрет молодой женщины работы Изабэ — и стояла изящная импрессионистическая фигурка самой хозяйки, кнг. Л.В. Голицыной, отлитая в бронзе Паоло Трубецким. В Петровском никогда не было портретной галереи в собственном смысле слова. Но во всех почти комнатах дома находились масляные, пастельные, акварельные и даже скульптурные портреты. Они начинались хронологически с парсуны — изображения князя Прозоровского, опирающегося на палку, работы Грубе (1767)[12]. Дальше шли очаровательный медальон работы Васса, изображающий императрицу Елисавету, с которой нежными узами был связан гр. И.И. Шувалов, владелец Петровского в середине XVIII века. Любопытные картины какого-то не слишком умелого художника иллюстрировали сцены из путешествия фаворита по “чужим краям”. Портреты работы Матвеева, художника — выученика итальянцев, пастели Барду и Шмидта, изображавшие П.И. Голицыну, урожденную Шувалову, и ее дочь, известную гр. В.Н. Головину, автора интереснейших записок[13], бюст Н.Ф. Голицына работы Шубина, удивительно мягкий по выполнению, и его же работы бюст Екатерины II — таковы главнейшие произведения представленных в Петровском художников. Позднее в интимных комнатах верхнего этажа появились портреты представителей последующих поколений, акварели Шрейнцера и Гау в типичных окантовках с золотыми узорами по цветному полю паспарту...

Никогда не покидали старые вещи старого дома: портреты ушедших людей жили в привычной для них обстановке. Верно, в этом заключалась удивительная гармоничность Петровского. До последнего времени** (** Перед этими словами зачеркнута строка: Со слов художника А.В. Средина, писавшего здесь интерьеры (примеч. Сост.).) в усадьбе строго соблюдались и бытовые семейные традиции — в доме никогда не переставлялась мебель и не было в нем ламп — их всегда заменяли свечи.

Чудится еще — вечерами играли в доме куранты. Рассыпались колокольчиками четверти, башенными колоколами — часы, а потом нежными переливами старые, наивные позабытые пьесы, с четкими фразами мелодий и долгими каденциями; английским часам отвечали другие, в гостиной в стиле Louis XVI своим серебряным звоном — а за ними другие, бронзовые. Потом колокол церкви, и снова часы в доме, часто отбивающие удары, точно заждавшийся голос, и снова молчаливая тишина бесшумного течения времени. Часы отмеряли месяцы, годы и десятилетия и внезапно, как сердце, перестали биться. Но одно [нрзб.] удержало искусство.