Сжимаю Сонин затылок и снова ее целую. Задерживаю этот контакт, игнорируя мягкие тычки в грудь. Знаю ведь, что на самом деле она не хочет меня отталкивать. Эти попытки только для порядка. Через три секунды расслабляется и, наплевав так же, как и я, на гудящую вокруг нас толпу, жарко отвечает на мой поцелуй.
После завтрака Солнышко заявляет, что мы должны подняться на Эйфелеву башню.
– Я сама не решилась. Там такая очередь к лифту была. А ступенек я почему-то побоялась. Давай вдвоем.
– Давай.
И мы идем. Первые пролеты буквально бежим, пересмеиваясь и без конца обнимаясь.
– Хочешь, чтобы я свалилась? Проходи вперед… – выдыхает Соня задушенно, когда я в очередной раз щипаю ее за задницу.
– Я тебя поймаю, – ухмыляюсь.
Она ничего не отвечает. Едва продолжает подниматься, только трогаю ее между ягодиц, взвизгивает.
Я вовсю ржу, глядя на эту реакцию.
– Ты сейчас в один цвет со своим платьем.
– Больше не покупай мне красного, – шипит Соня.
– Буду покупать, – нагло утверждаю я.
– Саша…
– Шагай, Солнышко, шагай.
Она разворачивается. Поднимается на пару ступеней вверх. Я смотрю на ее виляющую круглую задницу и, конечно же, снова щипаю. Когда пищит и пошатывается, обхватываю обеими руками вокруг талии. Раздвигаю собственные ноги шире и, вдавливая их для устойчивости в металл лестницы, крепко прижимаю Соню к себе. Скольжу руками по ее животу. Под грудь забираюсь. Приподнимая ее, пялюсь, как сасные полушария выпирают из декольте.
– Мы так не доберемся и до первого уровня… – шелестит Солнышко и сама об меня трется.
Прикрывая веки, покрываю поцелуями ее шею.
– Доберемся. Куда надо, туда и доберемся.
И мы реально справляемся. Семьсот четыре ступени, и мы таки оказываемся на втором этаже Эйфелевой башни. Дальше лестницы просто нет, но нам и не надо выше. Едва успев отдышаться, Соня принимается танцевать на смотровой площадке. Я достаю телефон, чтобы запечатлеть момент.
– Ты фотографируешь? – спрашивает, не переставая кайфовать.
– Снимаю видео.
– Я так счастлива! – выкрикивает она, вскидывая вверх руки.
А я счастлив слышать ее голос, ее смех… Каждый звук, который она издает. Счастлив видеть ее улыбку, ее восторг… Всю ее и Париж ее же глазами. Я, мать вашу, просто безгранично счастлив.
Соня Богданова заставляет искриться каждое нервное окончание во мне.
Она центр моей вселенной. Она живая энергия. Она топливо и движущая сила.
Весь остальной мир пуст без нее. Весь остальной мир неправилен. Весь остальной мир на хрен не нужен.
– Иди сюда, Саш… – манит руками, я это тоже снимаю. – Сфотографируемся вместе, постоим…
Отвожу телефон, чтобы захватить все необходимое, и обнимаю Соню за талию. Попадая в кадр, улыбаемся и слегка щуримся.
– Какой здесь вид… – выдает Солнышко, едва дыша от восхищения. – Почти триста метров над землей… Ву-а-ах… Ты себе это представляешь?
Я делаю несколько снимков. Сониных, конечно. Не города. На хрен он мне нужен… Но в какой-то момент все же замираю и смотрю на раскинувшуюся под нами столицу. Внутренний мудила хочет заметить, что разглядывать тут нечего. Мол, у
После башни мы посещаем очередное кафе, чтобы пообедать там, нафоткаться и нацеловаться. А потом Богданова говорит, что хотела бы увидеть предместье Парижа, и я решаю, что пора брать тачку.
– Ты разодетый, конечно… Хоть на свадьбу… – комментирует Соня, когда уже в машину садиться собираемся.
Я смотрю в замешательстве.
– Че?
Прицел в стекло – рубашка, брюки, ремень, часы, браслеты. Прицел в зеркало заднего вида – очки, серьга, златая цепь.
– Да ниче, – вздыхает, плюхнувшись на пассажирское сиденье, Солнышко. – Все как обычно, в принципе… Просто представила тебя сейчас во французской деревне и вспомнила, как мы в нашей одесской тусили…
Договорить не может. Покачиваясь, хохочет.
– И что смешного? – бубню я. – Классно оторвались же.
– Ага… Особенно когда подрались с местными.
– Ну, и нормалек, – тоже ухмыляюсь. – Мы были крутой командой.
– Были, – соглашается Соня, накрывая мою руку на рычаге коробки передач своей ладошкой. – А сейчас? – шепчет практически бездыханно. – Сейчас мы команда?
Сжимаю ее пальцы.
– Конечно, – сиплю я. – Это навсегда.
– Тужур.
– Что?
– Ничего… Но в деревню мы все-таки не поедем. Я слышала, во Франции уровень преступности бомбический.
– Кхм… Ну а куда поедем?
– Тут неподалеку есть замок…
И попадем мы на свадьбу. Вот вам и поговорили!
Оставляем машину на паркинге. Еще на подходе к самому замку десять тысяч шагов набиваем. Раскатываем территорию вдоль и поперек. Соня то и дело ахает и охает над «красотой». А потом пересекаем мост и у дворца натыкаемся на ту самую свадьбу.
– О, Боже… – сложив перед собой ладони, вздыхает уже над молодоженами. – Сань… Это потрясающе! Кино! Сказка! Волшебство!
И мы остаемся там стоять. Ситуация повторяется – Солнышко смотрит на торжество, а я – на нее.
