—Эй, — он садится напротив и приподнимает мое лицо ладонью, чтобы я посмотрела на него. —Если нужно будет, я сам отчислюсь, все равно я всегда ненавидел это место. И не буду твоим студентом.
Что за вздор!
—Выкинь эту идею из головы! Ты обязан закончить!
—Давай оставим такие фразочки моему отцу, — смеется. —Между чем угодно и тобой, я выберу тебя, — фиксируется на мне серьезным взглядом, —Поняла меня?
Мурашки разбегаются по телу. Что ты творишь со мной, Фишер?
—Поняла? — повторяет настойчиво.
Киваю.
—Обещаю впредь не приближаться к тебе в районе универа, ладно? — чмокает меня в лоб. —И возможно даже делать вид, что я тебя немного ненавижу, — мягко улыбается, ожидая моей реакции.
У Вилли все просто, а вот мне очень страшно.
Сейчас лучше оставить меня одну. Мне нужно понять, что это было, и стоит ли мимолетная страсть моей карьеры. Еще ничего не произошло, а мы уже попались.
—Тебе пора, — напоминаю ему, стараясь не думать о том, что сейчас он во всей красе пойдет под камерами.
—Дай мне свой телефон! — заявляет требовательно.
—Вот! Я себя разблокировал, — отдает назад. —И, пожалуйста, давай без блокировок в будущем. Лучше оставь без ответа, но не отрубай насовсем.
—Вил, этого всего вообще не должно быть….
—Я знаю, малыш, знаю! Знаю, что ты думаешь и чего тебе это стоит. И я не подведу, слышишь?
Слышу-слышу! Только не знаю, как реагировать.
—Время…, — вместо ответа напоминаю упрямо.
—Помню я! — говорит раздраженно, его бесит, что я подгоняю. —Лучше иди ко мне, — раскрывает руки мне навстречу.
Смотрю исподлобья, сопротивляясь желанию, но в итоге слабохарактерно поддаюсь и ныряю в его большие теплые объятия, напрочь забыв о самосохранении. Чувствую себя провинившейся школьницей, но вместе с тем счастливой девушкой. Вляпалась, идиотка.
—И поскольку я собственноручно разблокировался, спрошу: ты будешь болтать со мной? По вечерам после унылых встреч на стройках и совещаниях с мужиками буду звонить тебе,— улыбается.
—Звонить мне с мужиками? — ерничаю.
—Мужиков вокруг Вас, Виолетта Александровна, и так всегда полно, — замечает неохотно.
—Ревнуешь? — не удерживаюсь от довольного смешка.
—Меня успокаивает, что из всех окружающих мне подобных, ты сейчас находишься именно в моих объятиях, училка противная.
Так странно, когда он проговаривает это вслух. Экземпляр я выбрала, конечно….. Сжимаюсь от противоборствующих во мне эмоций.
—Не дрейфь, Олененок! — Вил гладит меня по плечам. —Все у нас будет хорошо.
У нас… Не быстро ли?
Глава 26. Виолетта
Прошло уже несколько дней после разговора с Миленой, и я сгорала от стыда в день занятий с их группой, боясь, что буду слышать от нее двусмысленные фразочки в свой адрес.
Вопреки моим ожиданиям, Милена делает вид, что все в порядке. Кажется, что ей действительно нет до меня дела: она как обычно ходит на пары и на вечерние дополнительные, спрашивает советов по учебе и и вообще выглядит даже доброжелательнее, чем в начале. Странно, но мне же лучше.
Животный страх начал отпускать, потому что каждый день я ожидала вызова в деканат к Юрию Юрьевичу. Но жизнь похоже налаживается, я полностью погружена в дела рабочие. А еще очень на руку то, что мой инициативный Вил уехал, и мне не приходится ждать внезапных визитов и букетов.
Кстати о букетах: он присылает их к нам домой на каждый день своего отсутствия. В ход пошли уличные ведра, потому что вазы почти сразу закончились.
—Ви, ты не планируешь поведать мне, от кого это? — Кир стряхивает пухлые капли осеннего дождя с упаковочной пленки занесенного букета гортензий.
—Меньше знаешь — крепче спишь! — забираю благоухающую красоту из его рук и оглядываюсь в поисках незанятой цветами поверхности.
—Кто бы это ни был, скажи ему, чтобы лилии больше не присылал, воняют на весь дом, — Кир косится на раскидистый белый куст.
—Аромат действительно на любителя. Пожалуй, отправлю их на веранду. А вот розы и охапку ромашек заберу в свою комнату, а гортензии....
Запинаюсь, увидев, как Кир разглядывает мое по-идиотски счастливое лицо.
—Все серьезно? — спрашивает задумчиво.
Что ему ответить? Что я сама не знаю? Что мы просто каждый вечер «встречаемся» с Вилли виртуально? Что узнаем друг друга, делимся событиями дня, что он называет меня «моя девочка» и пишет, как «подыхает без моего запаха»?
Или что я вопреки всем принципам договорилась со своей совестью о том, что не так уже много времени осталось до выпуска Вильгельма, и потом он уже не будет моим студентом, и мы сможем по-человечески встречаться. Это ведь уже не будет возбраняться?
Ловлю себя на мысли, что уже строю долгоиграющие планы: —Надеюсь, — отвечаю скомкано, сжимая стебли.
—Ммм, когда познакомишь? — Кир продолжает сверлить меня взглядом.
—Когда-нибудь обязательно, — увиливаю от старшего братца.
—Или мы уже знаем друг друга? — Кир прищуривает глаза, прожигая меня, словно солнечным лучом, порпущенным через увеличительное стекло.
Застываю. Молчу. Жую губу.
—Я так и знал, — качает головой Кир. —Ну что ж, передавай привет покемону.
—Хорошо, — говорю тихо, глядя на него исподлобья, будто провинившийся ребенок.
