Я вправо, и он вправо, я замедляюсь, и он тоже.
Выдержка у меня отменная, но эти кошки-мышки порядком злят. Не могу больше. Бешусь страшно. Еще минута, и мне придется сообщать о преследовании!
Глава 4. Вильгельм
Не могу отказать себе в удовольствии покататься за училкой, которая на ходу меняет маршрут, наивно пытаясь сбросить меня с хвоста.
Хочется попугать ее для закрепления пройденного материала. Я не знаю, зачем увязался за ней. Чистая импровизация.
Возможно, я слишком вдохновился тем, как она пыталась расстегнуть свой лифчик прямо в общественном месте, думая, что ее никто не видит. Забавный Олененок.
Телефон. На экране высвечивается Альберт Карлович.
Бля, долбанное собрание! Отец ждать не любит.
—Сорри, покатаемся в следующий раз. Неотложные дела, — зачем-то проговариваю вслух.
Перестраиваюсь, и даю по газам. Обгоняю ее развалюху и успеваю разглядеть взбешенное лицо Виолетты. Представляю, как она охренела.
Скрываюсь за поворотом, на ходу перезванивая отцу.
—Где тебя носит? — как всегда ледяной тон.
—Задержался на химии, — давлю в пол.
—В прошлом году уже на химии назадерживался. У тебя пятнадцать минут, и ни секундой больше.
Челюсть сводит от раздражения.
—Партнеры ждут. Ты понял меня, сынок? — говорит еще медленнее и спокойнее.
—Понял, — еле выдавливаю вставшее поперек горла слова.
—Не слышу, сын?
—Я понял, отец.
—Осталось четырнадцать минут, — слышу гудки.
Сука, сука, сука. На полной скорости колочу по рулю, чуть не теряя управление. Чувствую горечь во рту.
Естественно, прилетаю раньше, чем велено. В лифте закрываю глаза, и прислоняюсь лбом к прохладной стали. Виски гудят.
Смотрю на свое перекошенное в металле лифта отражение. Делаю несколько глубоких вдохов-выдохов. Нужно успокоиться и нацепить на себя деловую улыбку.
Отец сдержанно кивает, когда я приветствую партнеров. Вливаюсь в собрание, каких, судя по его планам экспансии, в этом году будет на каждый мой свободный день.
Сдохнуть.
Проблема больших бизнесов в том, что их приходится кому-то наследовать. Даже есть ты люто их ненавидишь. За то, чем пришлось ради них пожертвовать.
—На сегодня свободен, — все, что отец бросает мне после многочасового обсуждения проекта автоматов по приему тары, параллельно убирая удачно подписанный договор в сейф.
—Надеюсь, завтра мы закончим раньше десяти вечера? — к Максу я уже не попадаю.
—Не скули, Вилли, — резкий офисный свет еще больше обезображивает его возрастное жилистое лицо, —Если понадобится — до утра просидишь.
Высокая худощавая фигура отца перемещается к серванту, он берет два рокса и плещет туда немного виски.
—На, расслабься, — ставит один бокал передо мной.
Я и алкоголь — очень смешно. Мог бы подумать, что так он решил избавиться от наследника. Но правда еще горше: он нихрена обо мне не знает. —Наконец-то ты снял этот дрянной кулон, — с едким торжеством приподнимает бокал, салютуя мою сегодняшнюю потерю.
Свирепею моментально: —Дрянной? Ты считал свою жену дрянью? — кулаки сжимаются сами собой.
—Смотрю, лето не пошло тебе на пользу. Пора повторить уроки уважения? — отставляет пойло в сторону.
«Уважение — вещь обоюдная», — всплывает в голове фраза моей новоиспеченной химички. Люто кроет флешбеками*.
Кожей чувствую, чем мне аукнется дальнейшее препирание с Альбертом Карловичем, поэтому просто хватаю куртку и выметаюсь оттуда.
В спину слышу: —Завтра в час.
Трясет, я мало разбираю путь вниз по лестнице. На улице уже темно и по-ночному холодно. А из меня жар пышет. Захлестывает.
Хочется разнести к чертям этот офис или расколоть кому-нибудь череп.
Да, пожалуй да. Этим и займусь.
Глава 5. Виолетта
—Ну что, Профессор Кандидатович Виолетов, всех построила? — влетевший на кухню брат плюхается за высокий барный стул нашей кухни и присоединяется ко мне за поздним ужином.
—Ага, — накалываю пухлую пельменину на вилку, —Пфлактичефки.
—Моя школа! Симпатичные мальчики кроме Менделеева были?
—Киииииир! — бросаю в брата скомканной салфеткой. —Был один, и тоже книге напечатанный.
—Ты там давай не тупи: наверняка, на кафедре завалялся какой-нибудь приятный старикан, у которого свои заводы и пароходы, а работает он исключительно из любви к науке. Потерпишь пару лет, он и отъедет, оставив тебе все имущество, — Кирюха закатывается, и чуть не опрокидывает горячую тарелку.
Говорю же, наше общение с братьями — это всегда баттл.
—А ты в настроении. Что, проект у Лизки отбил? — хитро щурюсь.
Брат ненавидит одну занозу на работе, но я то знаю, к чему оно идет.
—Лутфе! — глаза горят, не успевает жевать. —Она мне досталась в игре «Тайный Санта», если знаешь такую…
—Знаю! Подожди, так сентябрь же еще.
—Это в вашей шараге планирование на неделю, а у больших мальчиков в компаниях уже до марта все расписано. Маркетологи придумали новогодний тимбилдинг и в случайном порядке распределили нас по парам. Мне Лиза-заноза попалась! Короче, устрою ей праздник, — зловеще улыбаясь, мой тридцатилетний брат ерошит свои коричневые растрепанные за день волосы.
