— Нет! Я хочу, чтобы это случилось, и прямо сейчас! — Он начал срывать с себя одежду. Сбросил куртку, стянул плотный свитер. С рубашки полетели пуговицы, когда он с силой дёрнул её. — Ты обещал! Если не сделаешь, я позову копов! Клянусь! Позову! Я им всё расскажу! Чем ты тут занимаешься! Про твои фотографии! Про твоих приятелей! И как тебя найти! У меня всё в компьютере, и они всё узнают, и…
— Заткнись! Заткнись, кому говорят! — «Той-фор-ю» оглянулся через плечо, на вход в фотоателье. Потом быстро подошёл к двери в заднее помещение и со стуком захлопнул её. вернувшись к Тиму, сказал: — Ну чёрт… да успокойся ты! Хорошо. Но прямо сейчас. Тебе понятно?
— Я так и хочу. Клянусь… Или придут копы.
— Ладно, ладно, копы. Всё ясно. Я тебе верю. Только угомонись. Мне нужно позвонить. Сейчас, при тебе. Договорюсь на завтра. И будем снимать. — Он как будто призадумался на секунду-другую, потом окинул Тима внимательным взглядом. — Но это будет фильм. Живое действие. И всё по-настоящему. Тебе понятно?
— Но ты сказал…
— Я здорово рискую! — рявкнул «Той-фор-ю». — И не делай всё ещё хуже! Ты хочешь этого или нет?
Тим вздрогнул, внезапно испугавшись. Но страх растаял через мгновение, и он кивнул:
— Да, хочу.
— Вот и отлично. Это будут два парня. Ты… ты понимаешь? Ты и два парня, и всё по-настоящему, и будем снимать фильм. Ты понимаешь, что это значит? Подумай. Потому что когда мы начнём, пути назад не будет, ты уже не сможешь передумать. Ты и два мужика! Скажи, что ты понял.
Тим облизнул губы.
— Я и два парня. Я понял.
«Той-фор-ю» снова оглядел его, как будто ожидая, что увидит некое предсказание будущего. Тим ответил уверенным взглядом. «Той-фор-ю» коротко кивнул и, сняв с телефона трубку, набрал какой-то номер.
Тим тихо заговорил:
— А потом… когда всё кончится… ты обещаешь…
— Я обещаю. Когда всё кончится, ты умрёшь. Так, как того хочешь. Как только тебе вздумается. Ты сам решишь.
Когда Линли рано утром стал звонить Деборе, он весьма разумно набрал её гостиничный телефонный номер, а не мобильный. Потому она и ответила. Дебора решила бы, что Саймон или Томми будут звонить ей на сотовый, и, посмотрев на дисплей, ещё подумала бы, отвечать или нет. Даже репортёр из «Сорс» звонил на мобильный. А звонок стационарного телефона в номере, да ещё ранним утром, мог означать, что у администрации возникли к ней какие-то вопросы.
И потому Дебора поморщилась, услышав в трубке приятный баритон Линли. Когда он сказал: «Саймон нами обоими здорово недоволен», она вряд ли могла ответить, что он ошибся номером.
Было действительно рано, Дебора ещё лежала в постели. Она подумала, что было весьма умно со стороны Томми позвонить ей в такой час, когда она ещё не ушла из отеля, и шансов скрыться от него у неё практически не было.
Дебора села, поплотнее закуталась в одеяло, защищаясь от холода, и сказала, поправляя подушки:
— Ну, я тоже не слишком довольна Саймоном.
— Конечно. Я знаю. Но так уж вышло, что он оказался прав. Был прав с самого начала.
— Да ведь он всегда прав, разве нет? — язвительным тоном произнесла Дебора. — И вообще, о чём мы говорим?
— О смерти Яна Крессуэлла. Он мог бы остаться в живых, если бы был в тот вечер повнимательнее, когда выходил из лодки.
— И мы пришли к этому выводу в результате?..
Дебора ожидала, что Томас ответит, что это результат безупречной логической оценки фактов, произведённой Саймоном, но Линли заговорил совсем о другом. Он рассказал ей о семейной сцене, свидетелем которой стал, и о последующем разговоре с Валери Файрклог. Закончил он так:
— Так что, похоже, я очутился здесь в качестве средства, которое Валери использовала, чтобы порыться в делах мужа. Но она здорово ошиблась, решив превратить меня в инструмент. И Хильера тоже. Думаю, он не порадуется, когда я расскажу ему, как использовали нас обоих.
Дебора отшвырнула одеяло, вскочила с кровати и посмотрела на часы. Одновременно она бросила в трубку:
— И ты ей поверил?
Его звонок в половине седьмого мог означать только одно, и Дебора была уверена, что знает, в чём дело.
— При других обстоятельствах мог и не поверить, — ответил Линли. — Но учитывая заключение коронёра и выводы Саймона, то вместе с тем, что рассказала мне Валери…
— Она могла и солгать. Есть ведь куча мотивов, Томми!
— Да, вот только, кроме мотивов, у нас ничегошеньки нет Деб. Так уж получилось. Если честно, то у людей нередко бывают мотивы отделаться от кого-нибудь. И им даже хочется избавиться от того или иного человека. И всё равно они даже пальцем к нему не прикасаются. И здесь явно тот самый случай. Так что пора возвращаться в Лондон.
— И ты даже не включаешь в общую картину Алатею Файрклог?
— Дебора…
— Просто послушай минутку. Всё, что касается Алатеи, окружено тайной. А люди с секретами имеют все причины к тому, чтобы эти секреты защищать.