«Возможно, мы думали, — сказала Кир про себя, — но никогда не говорили. Что же с нами происходит?»
В таком настроении они перешли к деталям будущего маневра. Пытаясь его отсрочить, они снова и снова перебирали частности. Чтобы вернуть Ее в зону поражения, Фурд приказал Каанг выполнить десятипроцентный толчок фотонного двигателя, и, пока он будет длиться, она станет средоточием корабля, как Смитсон во время сражения с ПМ-двигателем. Затем, если они выживут, Кир запустит корпускулярные лучи. Но для начала «Чарльз Мэнсон» должен был совершить ряд перемещений на ионной тяге по направлению к Ней, чтобы коммандер, увидев Ее реакцию, решил, когда запускать фотонный движок.
Монотонная подготовка походила на сердцебиение, возобновившееся после травмы. На мостике наступило подобие обычной тишины.
— Фотонный двигатель готов к запуску по вашему приказу, коммандер, — сказал Смитсон спустя несколько минут.
— Спасибо. Кир?
— Если мы переживем этот бросок, то я запущу корпускулярные лучи.
— Спасибо. Каанг?
— Поступили данные о продолжительности и траектории фотонного броска, коммандер. Продолжительность — четырнадцать секунд.
— Четырнадцать? Я занизил оценку.
— Из-за астероидов траектория включает в себя одиннадцать базовых маневров уклонения, коммандер, — спокойно сказала Каанг.
Одиннадцать маневров за четырнадцать секунд на десятипроцентной фотонной тяге. А пилот как будто описывала рутинную процедуру торможения на орбите. Фурд попытался изобразить такое же равнодушие, но потерпел поражение. Он чувствовал, как двигаются на лице мимические мышцы, словно под воздействием какой-то внешней силы. Одиннадцать, четырнадцать, десять. Отданный им приказ обрел цифровые значения, и они были чудовищными.
— Я понял. Тогда, Каанг, пожалуйста, полный вперед на ионной тяге. Один процент.
Вежливо откашлялись сирены.
— Так точно, коммандер.
Забили маневровые движки. Сигнал тревоги повысился на полтона, но остался в пределах вежливости. Почти бесшумно запустился ионный двигатель. На круговом экране крутились и перемещались астероиды, пока корабль выбирал направление и занимал новую позицию; в остальном движения никто не чувствовал.
— Она уходит, коммандер, — доложил Джосер. — Ионная тяга, малая эмиссия.
— Пожалуйста, Каанг, увеличьте скорость до трех процентов.
— Так точно, коммандер.
— Она повторила наше действие, — доложил Джосер.
— Пожалуйста, Каанг, держите скорость на трех процентах.
— Сделано, коммандер.
Фурд откинулся на спинку кресла. Взглянул на Каанг. Она проверяла — без особой надобности, так как уже посмотрела все несколько раз — ядра навигации и управления двигателями, чтобы те отдали приказ компьютерам внести небольшие поправки в траектории и длительность фотонного броска из-за последних перемещений. Фурд знал, что может выполнить работу Тахла или Джосера и никто не заметит разницы; в принципе он мог более-менее заменить Кир и даже Смитсона. Но Каанг никогда.
— Джосер?
— По-прежнему идет с нами вровень, коммандер.
— Хорошо. — Начала выстраиваться система, неброская и упорядоченная, позволявшая спокойно наблюдать за чужим почерком и дважды проверить все детали. — Пожалуйста, Каанг, держите скорость на трех процентах. Даю вам время подготовить прерыватели для исполнения приказа. И мне бы хотелось понаблюдать за Ее реакцией чуть дольше.
— Так точно, коммандер.
— Нет, коммандер, ваш приказ отклонен. Я запускаю фотонный двигатель прямо сейчас.
Фурд ожидал первый ответ и даже поверил, что услышал его. Но прозвучал второй, сказанный с почти той же модуляцией. От неожиданности на мостике наступила тишина.
— Я запускаю фотонный двигатель прямо сейчас, коммандер.
— Но прерыватели…
Каанг нажала на панель размером с ладонь и спокойно обвела взглядом мостик. Одна за другой остальные пять консолей потухли.
— Сделано, коммандер. На настоящий момент я — еще одно живое существо, которое признаёт этот корабль.
Безумие, но Фурд заметил, как она использовала выражение «еще одно». Сирены звучали все громче, уже выйдя далеко за пределы своей привычной обходительности; как на самом простом корабле, они оглушали. И «Чарльз Мэнсон», так как теперь он действительно признавал только Каанг, настроился против остальных и, благоразумно действуя в полном соответствии с логикой, обездвижил собственную команду.
— Каанг!
— Если вы не предвидели это, коммандер, — ответила она, когда корабль закрыл все червоточины, коридоры и опустил переборки, изолируя населенные отсеки, — возможно, у Нее тоже не получится.
Фурд знал, что пилот права. Он даже хотел так сказать, но времени не осталось. Он лишь успел крикнуть, зная, что вскоре любые слова перекроет рев сирен, и/или разрушение корабля, и/или выключение внутренней связи: «Кир, если мы выживем, стреляйте сразу».
